Протоиерей Феодор Конюхов

Федор Конюхов

Вместе со знаменитым полярником Артуром Чилингаровым протоиерей Фёдор Конюхов собирается на дно Марианской впадины. На самом глубоком месте нашей планеты священнослужитель, путешественник планирует установить православный восьмиконечный крест из реликтового известняка, добытого на берегах реки Мсты в Боровичском районе. В интервью «Православной беседе» обладатель многочисленных рекордов рассказывает подробнее об этом событии, а также о грозах, айсбергах и своих мечтах.

Марианская впадина, полёт в стратосферу и одиннадцать дней на воздушном шаре

Крест на глубине

— Отец Фёдор, почему для Вас так важно спуститься в самое глубокое место мирового океана и установить крест?

— На дне Марианской впадины такая темнота и давление, что никто крест не увидит. Поэтому не важно, как его поставить: прямо или немного боком. Важно само событие: мы, русские, православные, ставим крест. На такой гигантской глубине!

— За всю историю человечества состоялось всего два погружения. Вы будете третьим…

— Марианская впадина образовалась в изломе двух тектонических плит. Самое её глубокое место — 11 025 метров. А вокруг — возвышенности, 10 800 метров. В 1961 году американцы погрузились на 10 800 метров… В 2012 году Джеймс Кэмерон спустился точно по этим координатам на такую же глубину. Но у него была задача — рукой-прибором взять кусочек грунта и поднять. Это была бы огромная ценность для учёных! Легче с Луны привезти. Однако где-то на глубине 3000 метров произошёл мягкий, но очень большой силы удар. Кэмерон опустился, а двигатели руки-прибора не работают! Два часа просидел и поднялся. Никто не представляет, что находится на таких глубинах! Это захватывает. Мы хотим погрузиться глубже, уже точно на 11 025 метров. И если мы, Россия, достанем грунт, это будет сенсация.

Зачем нужен рекорд

— Установка креста на дне Марианской впадины запланирована на 2019 год. А сейчас вы готовитесь к полёту в стратосферу на тепловом аэростате. С какой целью?

— Целей несколько. Учёные ставят прибор, которые они разработали, чтобы латать озоновые дыры, и хотят испытать. Но в наше время финансируются не просто научные проекты, а спортивные рекорды. Поэтому вторая цель — это побить рекорд. Сейчас рекордная высота полёта на тепловом шаре — 21 км, а у меня будет двадцать пять. Но есть и третья, личная, цель полёта. Мне было десять лет, когда я возвращался из школы и узнал, что в космос впервые полетел Юрий Гагарин. Какой восторг! Все сразу захотели стать космонавтами! С тем пор я думал: «Как же так? Проживу свою жизнь… Был на всех континентах, шесть раз ходил и один раз облетел вокруг света, семнадцать раз переходил через Атлантический океан, два раза поднимался на Эверест, четыре раза был на Северном полюсе. А из космоса нашу красивую планету, которую создал Господь Бог, — не видел». Моя цель — подняться и увидеть, как планета изгибается и как небо черно. Звонил Валентине Терешковой. «Валентина Владимировна, — спрашиваю, — смогу ли я увидеть всё это?» — «О, Федя… Увидишь-увидишь… И небо черно, и как планета изгибается…»

— Получается, для того, чтобы исполнить детскую мечту, её необходимо подкрепить научной программой...

— А также рекордом! Но для меня главное не рекорд. Как вы думаете, зачем я в 2014 году проходил на вёсельной лодке Атлантический океан? Хотел на Крещение освятить океан. Но кто же мне построит лодку, чтобы я отправился освящать океан? И тогда мы сказали: «Лодка, рекорд! Впервые, быстрее всех!»

Федор Конюхов

«Поклонных крестов на земле много, как звёзд. А там он будет первым!»

Крест выполнен из реликтового известняка. Подходящий камень, возраст которого составляет порядка 360 миллионов лет, был найден на берегу горной реки Мсты в Боровичском районе. Рассказывает художник Владимир Михайлов, который изготовил крест:

— Идея зародилась во время пресс-конференции в РИА «Новости». Друг Фёдора Филипповича, Артур Чилингаров, озвучил своё желание установить на дне Марианской впадины российский государственный флаг, ну а мы с отцом Фёдором решили ставить крест. Только представьте! Самая глубокая расщелина, шрам Земли. До преисподней, наверное, рукой подать! Надо это место запечатать крестом. И, кроме того, важно оставить след, свидетельство, как человек с Божией помощью достигает почти всех уголков Вселенной, — свидетельство благодатной силы Православия.

Работалось легко. Сама идея воплощалась благодатно! До того как наступили морозы, друзья успели выломать из грунта плиту. Только обтесал заготовку и закатил в мастерскую — началась зима. Поднял с помощью лебёдки, уложил на рабочий стол. Вытесал. Иногда работаю в тишине, стараясь уйти в молитвенное состояние; иногда слушаю псалмы Давида, церковную музыку и что-то под настроение, лирику Есенина и Рубцова.

— Наверное, и у полёта на воздушном шаре тоже была какая-то духовная цель?

— Как-то раз ко мне приехал Александр Ручьёв, хозяин строительной компании «Мортон», и говорит: «Хочу спонсировать такой проект: полёт вокруг России на самолёте с иконой Богородицы Путеводительницы, которую я заказал в монастыре Ватопед на Афоне», — на что я отвечаю: «Дело хорошее, но мне не интересно… Я мечтаю облететь вокруг света». — «А что? — вдохновился Александр Валерьевич. — Давай так! Но никому не говори о нашей цели. Потом, когда вернёшься, мы построим для иконы храм. Если рассказать как есть, все сразу закричат, указывая пальцем: "О-о, православные, деньгами разбрасываются, летят…" Ты говори: "Рекорды, наука!"»

— Но ведь и для науки польза была!

— Пока я летал, учёные установили бокс и вели съёмку разных параметров. Этот бокс ещё не расшифровали…

— Расскажите о Вашем рекордном полёте на шаре.

— Некоторые представляют полёт так: сел и спокойно лечу, как и куда хочу. На самом деле весь воздух помечен. Например, на высоте 600 метров идёт эшелон «Фукусима» длиной 200 км. Как взорвалась радиация, так она всё время и крутится в атмосфере. Второй эшелон несёт из Южной Африки пыльцу. Третий, ниже, — из Саудовской Аравии пыль, четвёртый содержит газ, который взорвали ещё при Хусейне. Все эти эшелоны отмечены на карте, и мне только говорят: «Опустись ниже… Теперь поднимись».

— А зачем?

— От этого зависит скорость. В эшелоне «Фукусима» я бы всегда шёл на северо-восток со скоростью 200 км. Но мне говорят: «Ты можешь пройти только полдня, поскольку затем унесёт на восток. Чтобы этого не случилось, зайди в пыльцу Южной Африки». И вот меня уже несёт с такой же скоростью на юго-восток. Так, следуя рекомендациям, которые мне передавали с земли специалисты, я точно вышел в свой город, на свой аэродром.

Бежим от грозы

— Какие были трудности?

— Когда шла гроза, я мог пристроиться и лететь следом за ней. Это очень удобно, но есть одна проблема. Скорость становится низкая, 40 километров в час. Мне передают сообщение: «Ты не долетишь и упадёшь. Иди на Антарктиду — обогнёшь грозу и придёшь в Австралию». Так я и поступил. Смотрю: вот уже айсберги белеют, кругом лёд. Грозы остаются далеко в стороне, но тут и ветер стихает. В Антарктиде совсем нет ветра. Стоит полная тишина. Полярная ночь. Если отойти хоть чуточку в сторону, зависнешь на одном месте и упадёшь. «Не надо спасителей», — передаю сообщение, прекрасно понимая, что они не помогут: среди вечных снегов меня никто не найдёт.

Но учёные всё-таки связываются со специалистами из Южной Африки. «Вы что! — отвечают те. — Мы и днём туда не летаем! А уж в полярную ночь...» Что делать? Надо грозу огибать. И я близко, вдоль самого её края, прохожу. Кругом всполохи, молнии шипят. Мысленно со всеми уже прощаюсь. Думаю: «При жизни я увидел ад. А что будет там?». Меня уже наваливает. А ведь сколько топлива в шаре! Гигантский взрыв произойдёт! И вдруг смотрю: сполохи отдаляются… отдаляются — и всё. Только миновала одна беда, как мне говорят: «Фёдор, теперь ты должен ни спать, ни есть, лететь так точно — ни ниже, ни выше, — чтобы выйти на мыс Луин. Поднимешься чуть выше — проскочишь и не попадёшь в Австралию, уйдёшь на второй круг. А если чуть-чуть ниже — уйдёшь в Индийский океан и там упадёшь». Так я летел, управляя. Не ел и не пил 11 дней. И точно вышел на мыс Луин.

Федор Конюхов

— Тут уж не полюбуешься пейзажем…

— Почему же? Виды необычные. Шесть раз ходил этим маршрутом на яхте. Когда лежал, смотрел в небо и думал, как я буду лететь… И вот мечта моя исполнилась. Скорости гигантские, несусь на шаре. А какие пустыни в Австралии красивые! А какие горы! Узнаю склоны, на которые я когда-то поднимался…

Федор Конюхов
Федор Конюхов

Якорь для Фёдора Конюхова, или где искать колонны Исаакиевского собора

Константин Цорн и Валерий Артемьев, которые добывали реликтовый известняк для креста, также являются участниками экспедиции «Якоря-2015».

— Первый якорь мы поднимали из Белого моря, недалеко от места, где родился дед Фёдора Конюхова, участник экспедиции Георгия Седого. Этот якорь мы и подарили отцу Фёдору. Сейчас он висит в часовне святителя Николая на Садовнической улице. В ответ он подарил нам другой якорь. Теперь, в мае, на открытии в Боровичах Музея палеонтологии, мы планируем подарить ему барочный якорь примерно 1760 года, поднятый со дна реки Мсты. Когда-то по этой реке на барках перевозили в Санкт-Петербург малахитовые колонны для Исаакиевского собора. Более опасного места для судоходства, чем Боровичские пороги, в России не существует. Лоцманы рисковали своей жизнью, чтобы колонны не хрустнули на трёхметровых порогах. Барки гнулись, как плоты, — и ничего: не раскололи, довезли. Одна колонна, правда, утонула и до сих пор лежит на дне этой реки среди ила и камней.

Святитель Николай и яхта

— Отец Фёдор, сейчас вместе с художником Владимиром Михайловым Вы работаете над скульптурным образом святителя Николая Чудотворца. Как пришла такая идея?

— Когда шёл через Тихий океан, молился: «Если выживу, вернусь, поставлю скульптурный образ Николаю Чудотворцу». А эскиз уже был готов, я его написал, когда шёл вокруг Антарктиды. В одной руке святитель Николай держит мыс Горн, а в другой — яхту. Недавно ко мне приехали альпинисты и говорят: «Отец Фёдор, вы написали для моряков-путешественников мыс Горн, а напишите нам теперь Николая Чудотворца Эверестовского».

— В Москве больше всего храмов и часовен именно Николая Чудотворца! А вот скульптурный образ будет первым. Кстати, где его планируют установить?

— В Люблино, недалеко от храма святой мученицы Татианы Римской. Сейчас на этом месте уже установили камень. До конца марта хотим вылепить, в апреле — формы снимать и в мае начать отливать, а 22 мая установить.

— Думаю, такая любовь к святому не случайна…

— Вообще, мы привыкли каждого святого поставить в свой ранг, тогда как молись, поднимаясь на Эверест, матушке Матроне — и она будет помогать. Как-то раз в Заполярье, на Командорских островах, я предложил построить храм святому праведному воину Фёдору Ушакову. И мне отвечают: «Федя, нет-нет… Фёдору Ушакову пускай военные строят, а мы, полярники, —Николаю Чудотворцу». Какая разница? Молитесь вы, полярники, Фёдору Ушакову — и он будет помогать! Нужно понимать, что помогают все святые, к которым мы обращаемся.

Беседовала Анастасия ЧЕРНОВА
Фото: Юлия Пчелинцева, Елизавета Дудко

Читайте также: