Митрополит Волоколамский Иларион

Христос с учениками

Важная часть Нагорной проповеди адресована непосредственно ученикам Христовым. В ней говорится о том, какое место сообщество учеников Иисуса, которое будет названо Им Церковью (см. Мф. 16, 18), должно занимать в мире, какую роль играть в личных и общественных отношениях:

«Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям.

Вы — свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы. И зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме.

Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5, 13–16).

Чтобы сделать Свою мысль более наглядной, Иисус, как и во многих других случаях, использует знакомые Его слушателям образы из бытовой сферы.

Соль земли

Соль во времена Иисуса использовалась в двух целях: для придания пище вкуса и для консервации продуктов (прежде всего рыбы и мяса). Соль, кроме того, употреблялась с хлебом, и если хлеб приносился в качестве жертвы, принято было солить его: «Всякое приношение твое хлебное соли солью и не оставляй жертвы твоей без соли завета Бога твоего: при всяком приношении твоем приноси [Господу Богу твоему] соль» (Лев. 2, 13). Об этом ритуальном значении соли говорит и Сам Иисус: «Ибо всякий огнем осолится, и всякая жертва солью осолится» (Мк. 9, 49).


Обычай натирать кожу ребёнка солью упоминается у Блаженного Иеронима: «Нежные тела младенцев, когда они ещё удерживают теплоту чрева и первым криком свидетельствуют о начале многотрудной жизни, повивальные бабки обыкновенно обтирают солью, чтобы они были более сухими и укреплялись».

Освящение куличей

Наконец, соль использовалась в лекарственных целях, в частности, при родах: новорождённому сразу по выходе из утробы матери отрезáли пуповину, затем его омывали, а кожу натирали солью; только после этого младенца пеленали (см. Иез. 16, 4).

Использование соли в медицинских целях связано с наличием в ней хлористого натрия, имеющего дезинфицирующее свойство. Даже в современную эпоху при отсутствии других средств тяжелораненым накладывают на раны повязки, смоченные в солевом растворе: это позволяет предотвратить гангрену. В лечебных целях используются также солевые ванны и солевые растворы. Отметим, кстати, что, когда Иисус говорил о соли, речь шла не о поваренной соли в её нынешнем, привычном для нас виде, а об органической соли, которая добывается из морской соли и обладает целительными свойствами.

Столь разнообразное использование соли в древности заставляет говорить о ней как о важнейшем продукте. Без соли пища была невкусной и быстро портилась, без соли нельзя было принести жертву Богу; отсутствие соли означало недостаток важного медицинского средства. При каких обстоятельствах соль могла «потерять силу» и стать негодной? Как известно, по своему химическому составу соль не может перестать быть солёной. Соль не портится и при правильных условиях содержания может храниться годами. Однако она теряет силу в том случае, если в неё попадает в больших количествах вода. Запасы соли, попавшие под проливной дождь, уничтожались.

Этот образ Иисус использует и в других случаях, в частности, говоря о взаимоотношениях учеников между собою: «Соль — добрая вещь; но, ежели соль не солона будет, чем вы ее поправите? Имейте в себе соль, и мир имейте между собою» (Мк. 9, 50). У Луки то же изречение приводится в иной редакции: «Соль — добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее? Ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее» (Лк. 14, 34–35). Здесь упоминается ещё один способ употребления соли — в качестве удобрения. Однако и для этой цели нельзя использовать испорченную соль.

Раннехристианские авторы толкуют изречение Иисуса как в буквальном, так и в переносном смысле. Ориген говорит о том, что как соль предохраняет мясо от порчи и позволяет ему долго сохраняться, «так и ученики Христовы всячески поддерживают и сохраняют эту земную область, препятствуя зловонию, происходящему от грехов идолослужения и блуда». По словам Иоанна Златоуста, Христос как бы обращался к ученикам: «Слово, которое вы слышите, относится не только к вашей жизни, но и ко всей вселенной. Я посылаю вас не в два, не в десять, не в двадцать городов, не к одному народу, как некогда пророков, но на сушу и море, во всю вселенную». Говоря «вы — соль земли», Христос «показал, что вся человеческая природа обезумела и прогнила от грехов. Поэтому Он требует от учеников таких добродетелей, которые были особенно необходимы и полезны для других». Кирилл Александрийский считает, что солью Иисус называет рассудительность, которой исполнено апостольское слово, «ибо подобно тому, как без соли не съедобны ни хлеб, ни рыба, так и без апостольского разумения и научения всякая душа и безумна, и нездорова, и неугодна Богу».


В III веке, в эпоху продолжавшихся гонений на христиан, автор анонимного «Послания к Диогнету» говорит о том, какую роль христианская община играет в окружающем её языческом мире: «Христиане не отличаются от других людей ни страною, ни языком, ни житейскими обычаями. Они не населяют где-либо особых городов, не употребляют какого-либо необыкновенного наречия и ведут жизнь, ничем не отличную от других людей… Но, обитая в эллинских и варварских городах –– где кому досталось –– и следуя обычаям тех жителей в одежде, пище и во всём другом, они представляют удивительный и поистине невероятный образ жизни. Живут они в своём отечестве, но как пришельцы; участвуют во всём как граждане, но всё терпят, как чужестранцы. Для них всякая чужая страна есть отечество и всякое отечество — чужая страна. Они вступают в брак, как и все, рождают детей, но только не бросают их. У них общая трапеза, но не общее ложе. Они во плоти, но живут не по плоти. Находятся на земле, но суть граждане небесные. Повинуются постановленным законам, но своею жизнью превосходят самые законы. Они любят всех, но всеми бывают преследуемы. Их не знают, но осуждают. Их умерщвляют, но они животворятся. Они бедны, но всех обогащают. Всего лишены –– и во всём изобилуют. Бесчестят их, но они тем прославляются. На них клевещут, но они оказываются правыми. Их злословят, а они благословляют; за оскорбления они воздают почтение; они делают добро, но их наказывают, как злодеев; они радуются наказанием, как будто бы им давали жизнь. Иудеи воюют против них, как против иноплеменников. Язычники их преследуют, но враги их не могут сказать, за что их ненавидят. Одним словом, что в теле душа, то в мире христиане… Душа заключена в теле, но она сама содержит тело. Так и христиане, заключённые в мире, как бы в темнице, сами сохраняют мир».

Каков изначальный смысл слов Иисуса о соли земли? В этом образе заложен многоуровневый смысл. В самом широком смысле можно говорить о том, что христианство придаёт вкус человеческой жизни, делает её содержательной, не пресной. Если Царство Небесное, принесённое людям Иисусом, является неким особым измерением человеческой жизни, то сравнение его с солью позволяет лучше понять его свойства и его ценность. Христиане живут в мире (см. Ин. 16, 33), но они не от мира (см. Ин. 15, 19). Не смешиваясь с миром, они наполняют его жизнь смыслом, их присутствие в мире становится важным фактором человеческого бытия.

Они подчиняются тем же законам, что и прочие члены общества, но нравственная планка, которая для них поставлена, выше той, на которую ориентируется гражданское законодательство. Будучи лояльными гражданами своего государства, они принадлежат иному отечеству — Царству Небесному; живя в городах, они не имеют здесь постоянного града, но ищут будущего (ср. Евр. 13, 14). Их ненавидят и преследуют, но никто не может сказать, за что, –– на самом деле, только за то, что они носят имя Христа. Исполняя Его заповедь, они не отвечают злом на зло и терпеливо переносят страдания.

Артос

Подобно душе в теле, христиане должны одухотворять жизнь мира. Подобно соли в пище, они призваны делать жизнь людей содержательной, наполненной смыслом, предохраняя общество от порчи и разрушения через вражду, ненависть, конфликты, месть. Наличие в мире Церкви как общины людей, живущих по более высоким в нравственным отношении законам, чем те, которые прописаны в земном законодательстве, должно преображать мир изнутри, менять его к лучшему, поднимать человечество на новый уровень бытия.

Несмотря на кажущуюся трудновыполнимость и неприспособленность к реальной жизни заповедей Иисуса, мы знаем о том, какое преображающее действие христианство оказало на всё человечество. При полном отсутствии у Иисуса характерных черт социального реформатора, Его учение с течением веков стало причиной глубоких, радикальных изменений во всей системе человеческих взаимоотношений — не только на уровне личной нравственности, но и на социальном уровне. Иисус не призывал к отмене рабства, но именно благодаря христианскому пониманию природного равенства между людьми рабство было в конце концов отменено. Он не призывал к смене политического режима или к реформе правового кодекса, но именно благодаря христианству человечество создало те правовые механизмы, которые сегодня лежат в основе жизнедеятельности многих государств. Иисус не был борцом за социальные права, но именно на христианской антропологии базируется то понимание прав человека, которое позволило женщинам и детям стать полноценными членами общества, которое позволило искоренить неравенство, дискриминацию по национальному и расовому признаку и многие другие общественные пороки, характерные для древнего мира, в том числе для той эпохи, в которую жил Иисус.


«Абсолютное откровение Евангелия о Царстве Божием невместимо ни в какие социальные и исторические формы, всегда относительные и врéменные... Евангельское откровение о Царстве Божием неприметно, сокровенно, внутренне внесло перемену во все сферы жизни, изменило самую структуру человеческой души, вызвало новые эмоции. Царство Божие приходит неприметно... Благодатная сила, исходящая от евангельского откровения, освобождает людей от терзающего их страха, самолюбия, властолюбия, от не знающей утоления похоти жизни. Но многие основные вопросы жизни решаются в Евангелии не прямо, а прикровенно. И самому человеку, его свободе предоставлено творческое разрешение всё вновь и вновь предстоящих ему задач. Евангелие не столько учит о разрешении задач жизни, сколько об излечении и перерождении ткани души».
Бердяев Н. А. «О назначении человека»

«Царство Христово не от мира сего», — напоминает философ и спрашивает: «Как же ввести его в мир?». Ответ видится в том влиянии, которое христианство на протяжении своей истории оказало и продолжает оказывать на жизнь и мировосприятие человека.

В этом смысле можно говорить о том, что христианство стало солью земли и на протяжении веков доказало свою способность «осолять» жизнь человечества, придав новое направление развитию человеческой нравственности в целом. Христианская проповедь продолжает выполнять эту роль и поныне.

Апостол Павел писал христианам своего времени: «Слово ваше да будет всегда с благодатию, приправлено солью...» (Кол. 4, 6). Благодать — важнейшее понятие христианского богословия, в самом широком смысле означающее Божественный дар или Божественное присутствие, сопровождающее деятельность человека. Слово Иисуса было с благодатью, потому что Его устами с людьми говорил Сам Бог. Слово Апостолов было с благодатью, потому что через них Он продолжал учить людей. И та христианская проповедь, которая звучит сегодня в храмах, тоже не должна быть лишена этого благодатного присутствия Божия, ибо, когда священник или епископ говорит с церковного амвона, Сам Бог может касаться его уст и через него говорить людям то, что они должны услышать.

В современном информационном пространстве голос Церкви очень часто превращается в «глас вопиющего в пустыне» (Ис. 40, 3; Мф. 3, 3). Он тонет в хоре других голосов, призывающих строить жизнь по иным нравственным стандартам, чем те, которые установлены Христом. Тем не менее голос Церкви прорывается через весь тот поток шума, который пытается заглушить его. Доля присутствия Церкви в информационных источниках, как правило, весьма незначительна. Но голос Церкви — это голос Божий. Те, кто не хочет прислушаться к нему, идут не только против общечеловеческих ценностей, не только против здравого смысла: они идут против Самого Бога. К ним, а ещё в большей степени к тем христианам, которые отказываются следовать заповедям Христа и предпочитают жить по законам мира сего, обращено грозное предупреждение: «Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям» (Мф. 5, 13).

Свет мира

Образы света и свечи продолжают и расширяют ту же тему, для раскрытия которой был использован образ соли.

Тема света — одна из центральных в проповеди Иисуса, как она передана в Евангелии от Иоанна. В беседе с Никодимом Иисус говорит о Себе как о свете, который «пришел в мир; но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы» (Ин. 3, 19). Позже, находясь в Иерусалимском храме, Он скажет иудеям: «Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин. 8, 12).

Крестный ход

Свет — важнейший символ во многих религиозных и философских традициях. В Новом Завете, в том числе в корпусе Иоанновых писаний, термин «свет» часто применяется по отношению к Богу. О каком свете говорит Иисус, когда призывает Своих учеников: «Так да светит свет ваш пред людьми...» (Мф. 5, 16)? Термин «свет» здесь понимается в переносном смысле: речь идёт о добрых делах, которые должны отличать христиан от язычников. Христианская нравственность должна служить примером для окружающих: в этом смысле христиане должны быть подобны городу, стоящему на вершине горы.

Характерно, что, применяя образ света к Своим ученикам, Иисус говорит не о естественном солнечном свете, а о свете светильника. Русский перевод не вполне точно передаёт греческий текст, употребляя термины «свеча» и «подсвечник». В греческом тексте употреблены слова λύχνος и λυχνία, означающие, соответственно, светильник (лампу) и подставку для такого светильника. Светильники употреблялись в ночное время и представляли собой сосуды с маслом, в которые вставлялись фитили; перед тем как зажечь светильник, надо было убедиться, что в нём есть масло, и поправить фитиль (см. Мф. 25, 3–4, 7). Зажжённый фитиль озарял помещение довольно тусклым светом, если только светильников не было много. Светильники, разумеется, никогда не ставили «под сосуд или под кровать» (Мк. 4, 21): они ставились на видное и возвышенное место, откуда они могли освещать весь дом. Во времена Иисуса дом небогатого человека (а именно таковых было большинство среди слушателей Иисуса) состоял из одной комнаты, в которой жила вся семья.

Говоря в притче о женщине, потерявшей драхму, Иисус использует тот же образ: она зажигает светильник (λύχνος) и начинает мести комнату, пока не найдёт монету (см. Лк. 15, 8). Образ светильника (λαμπάς) играет важную роль в притче о десяти девах (см. Мф. 25, 1–13).

В том же наставлении Иисус использует образ города, стоящего на вершине горы. Как известно, древние города очень часто строились на возвышенности. Делалось это не из эстетических соображений, а для того, чтобы обезопасить их жителей от неприятеля. Построенный на возвышенности город, обнесённый высокими крепостными стенами, был отовсюду виден, но был менее уязвим, чем город, расположенный в низине. Однако думается, что Иисус в этом изречении имел в виду лишь один аспект из всего богатого семантического спектра данного образа. Город, стоящий на возвышенности, не может укрыться от человеческого взора (см. Мф. 5, 14). Так и последователи Иисуса — они у всех на виду, по ним судят о Его учении и о Нём Самом. Своими добрыми делами они призваны являть людям Отца Небесного, Которого Иисус явил Своей личностью и Своими делами.

Отметим вслед за рядом современных толкователей, что в Нагорной проповеди Иисус говорит не о призвании учеников к тому, чтобы быть солью земли и светом мира, а о том, что они уже таковыми являются. «Вы сияете, как светила в мире», — пишет апостол Павел не в повелительном, а в изъявительном наклонении (Флп. 2, 15). Называя учеников солью земли и светом мира, Иисуса тем самым подчёркивает, что это изначальное качество их существования. Этому не противоречит переход в повелительное наклонение в словах: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела…» (Мф. 5, 16). Ученики не призываются стать чем-то иным: они должны быть самими собой. Они не были бы учениками Иисуса, если бы не были солью земли и светом мира.

В каком смысле здесь употреблено выражение добрые дела (τὰ καλὰ ἔργα)? Мы не встречаем подобного выражения в Ветхом Завете, однако словосочетание טובים מעשׂים ma‘ăśîm ṭôḇîm («добрые дела») широко используется в раввинистической литературе, где оно понимается как требования Бога, выходящие за рамки того, что предписано законом (в частности, как дела любви и милосердия). В Новом Завете это понятие имеет обобщённый смысл и указывает в целом на христианский нравственный кодекс, отражённый, в частности, в Нагорной проповеди. Речь идёт в том числе о делах любви и милосердия, но не только: все качества, перечисленные в заповедях блаженства, должны находить проявление в конкретных добрых делах.


«Бог хочет, чтобы мы были полезны не только для самих себя, но и для всех ближних. Итак, если ты отдашь требуемое без всякого спора и суда, то приобретёшь пользу только себе. Если же сверх требуемого отдашь и что-нибудь другое, то и соперника отпустишь от себя лучшим. Вот что значит та соль, которой Спаситель желает быть ученикам Своим; она и саму себя сберегает, и сохраняет другие тела, ею осолённые. Вот что значит и тот свет: он светит и самому себе, и другим. Итак, поскольку Господь и тебя поставил в число учеников Своих, то просвети сидящего во тьме; научи его, что он и то, чего от тебя требовал, взял у тебя не насильно; убеди его, что ты не считаешь себя обиженным».
Иоанн Златоуст «Толкование на святого Матфея-евангелиста»

На это указывает использование термина в других новозаветных источниках, например в Послании к Евреям: «Будем внимательны друг ко другу, поощряя к любви и добрым делам» (Евр. 10, 24). У апостола Петра мы встречаем призыв, текстуально близкий к словам Иисуса в Нагорной проповеди: «Возлюбленные! прошу вас <...> провождать добродетельную жизнь между язычниками, дабы они за то, за что злословят вас, как злодеев, увидя добрые дела ваши, прославили Бога в день посещения» (1 Пет. 2, 11–12). Апостол далее перечисляет те качества, которые могут служить расшифровкой общего понятия добрых дел: последователи Христа призваны быть покорны всякому человеческому начальству, всех почитать, братство любить, Бога бояться, царя чтить, главное же — терпеливо переносить скорби и страдания, следуя в этом по стопам Христа. Слуги должны повиноваться господам, жёны — мужьям, мужья любить своих жён. Христиане должны быть единомысленны, сострадательны, братолюбивы, милосерды, дружелюбны, смиренномудры; не воздавать злом за зло или ругательством за ругательство (см. 1 Пет. 2, 13–3, 9).

Итак, по слову Иоанна Златоуста, быть «солью земли» и «светом мира» означает исполнять заповеди Иисуса в практической жизни, являя добрый пример окружающим людям.


Читайте также: