Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

Апостол Фома, не поверивший в Воскресение в первый день, сподобился вновь увидеть Спасителя только через восемь дней, то есть, по нашему счёту, в первое воскресенье после Пасхальной седмицы. Тогда Господь протянул руки Фоме, сказав, что он может осязать Его язвы и рёбра, чтобы убедиться в Его Воскресении.

Апостол и евангелист Иоанн, повествуя об этом событии, говорит о том, что ещё много чудес совершил Воскресший Спаситель, и всё это написано для того, чтобы «уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь вечную».

Воспоминание о Пасхе Божией спасительной, о явлении Воскресшего апостолам, о совершении многих знамений и чудес является действительно реальной основой нашей веры — собственно говоря, даже не веры, а знания. Мы точно знаем, что свидетельство апостолов ― истина, что это не ложь, как об этом пытались говорить буквально с первого дня Воскресения Спасителя. Мы знаем, что на лжи невозможно было бы построить то великое здание Вселенской Церкви, которое было воздвигнуто; ведь у нас, современных людей, есть прекрасные основания убедиться в том, что никакие прочные здания на лжи возвести нельзя. Если ложь закрадывается в конструкцию здания, оно обрушивается. Мы помним, как в недалёком прошлом рушились такие здания, которые были неправильно сконструированы, в основе которых была ложь; и люди погибали и страдали. Но что там архитектурные здания! Ведь на лжи и отрицании Бога пытались построить не только великое здание могущественной сверхдержавы, но и сконструировать силу, которая претендовала бы на то, чтобы собой объять весь мир. Кстати, для поддержания этой силы народ наш отдавал последнее, истощал себя, загоняя свою собственную национальную жизнь в тупик, и наконец в одночасье, без единого выстрела здание рухнуло — потому что было построено на лжи.

Две тысячи лет стоит здание Церкви Божией; а примеры непрочных общественных конструкций имеются в истории не только нашего многострадального Отечества. Как много империй возвышалось и падало, как много правителей, в том числе в Европе, возвышалось для того, чтобы победить мир, — но их господство основывалось на неправде и отрицании Бога и всегда разрушалось.

Вот и сегодня многие считают, что без Бога, опираясь лишь на деньги, технологии, правильное администрирование, можно создать прочное здание, которое поможет людям стать счастливыми. Это один из тех миражей, какими были все подобные попытки — начиная от Вавилонской башни и кончая днями, свидетелями которых мы с вами являемся.

«Сие же написано для того, чтобы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь вечную» (Ин. 20, 31). О какой же вечной жизни говорит апостол Иоанн, связывая эту жизнь с непременным условием веры в Иисуса как в Христа и Мессию, Сына Божия?

Чтобы это постигнуть, необходимо разделить понятия «существование» и «жизнь». Эти слова ― не синонимы. Мы знаем, как иногда, наблюдая кошмар человеческой жизни, скорби, болезни, конфликты, смерть, насилие, несправедливость, мы говорим: «Ну какая это жизнь? Ведь это не жизнь!» И этот простой человеческий возглас наполнен огромным богословским содержанием.

Существование — это не жизнь. Жизнь только там, где Бог, — Он даёт полноту жизни. А разве самоубийство людей не является отказом от той жизни, которая была для них не жизнью, а просто страшным существованием? Так, не найдя пути к Богу, люди совершают непрощаемый грех самоубийства, навсегда вовлекая себя в страшное существование без жизни.

«Сия же есть жизнь вечная, — говорится в 17-й главе Евангелия от Иоанна, — да знают тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин. 17, 3). Вера и опытное знание Спасителя, исповедание Его как Христа и Сына Божия, стремление жить в соответствии с этим исповеданием и открывает перед нами врата вечной жизни.

Иногда неверие мира сего, забвение Божиих заповедей, нечувствительность даже к таким великим событиям, как Воскресение Христово, больно ранит наше сердце. Ведь многие веселятся даже в Страстную пятницу, не ведая, что творят (см. Лк. 23, 34). И, конечно, у верующих людей сердце надрывается, когда они видят своих соотечественников, которые даже в эти святые дни не могут удержаться от соучастия в бездумном веселье. Так, если мы смотрим телевидение в это время, то мало что нам напомнит о Великой Пятнице, о страданиях Спасителя: на экране — тот же смех, развлечения… Это ранит верующих людей, но ведь это не ново: и в самый день Воскресения одни видели Воскресшего и уверовали, а другие хулили Воскресение; одни встретили Его с радостью и поклонились Ему на горе в Галилее, а другие усомнились.

А потому, когда мы вспоминаем об уверении Фомы, мы должны попытаться осмыслить, что означает вера во Христа Воскресшего. Понимание того, что эта вера каждому открывает жизнь вечную, которая начинается здесь, на земле, которая ощущается и переживается в радостном биении человеческого сердца, в благодарении, приносимом Богу за всё: и за радости, и за скорби, ― в тихой и смиренной радости о Христе Воскресшем, и завершается в невечернем дне Божественного Царства. Да поможет нам Господь в Пасхальные дни укрепиться в вере, которая и вводит нас в жизнь вечную.