Свято место пусто не бывает: меценат и строитель храмов о подоплёке конфликта в Екатеринбурге

Российский предприниматель, строитель храмов и меценат Сергей Рудов в интервью обозревателю Юрию Пронько рассказал о подоплёке конфликта вокруг строительства собора в Екатеринбурге, указав на социальные и мистические причины происходящего.

Член Общественной палаты России, предприниматель и меценат Сергей Рудов построил в России десятки храмов. В разговоре с Юрием Пронько он отметил, что вопрос появления храма — это всегда вопрос мистический и, разбирая подоплёку конфликтов, подобных тому, что развернулся вокруг строительства собора в Екатеринбурге, это всегда надо учитывать.

"Я человек, который в 1990-е годы, проходя мимо храма и слыша колокольный звон, раздражался. Он мне мешал. Первая мысль была такая: вот идиоты. А сегодня для меня храм — это дом, это больница, это место, где я обретаю всё, решаю внутренние проблемы и обращаюсь к Богу", - рассказал он о своей внутренней эволюции.

Сергей Рудов признался, что видел разных людей, которые занимаются этим с разными мотивами: «Мотивация бывает разная, потому что все мы люди, и тщеславные. Гордыня — то, что сидит внутри нас. Но в итоге храм появляется по воле Божией. И это не архитектурное строение. Вчера я был в раменском храме во имя Петра и Павла и вспоминал, как в 1990-е годы местный священник, имея в том районе один храм, отвоёвывал территорию, где исторически находился взорванный храм. Его не понимали, и я не понимал, спрашивал, зачем это, если уже есть храм, в который приходят люди. Этот священник отвечал: "будет храм — будут и люди". И в самом деле, я в воскресенье был в новом храме Петра и Павла — он был полон людей. Священник умер, отдав себя этому делу (не выдержало сердце), а храм наполнился людьми, которые искали Бога и веру».

Говоря о Екатеринбурге, общественник упомянул Игоря Алтушкина — главу Русской медной компании, который вместе с Андреем Козицыным — главой Уральской горно-металлургической компании спонсирует строительство храма в Екатеринбурге: «Это человек, который не то что один храм построил, а огромное количество детских площадок, спортклубы, тротуары, фонтаны, огромное количество милосердных программ, то есть человек, ответственный за город. Да, может быть, его вина в том, что обсуждение по площадке следовало сделать шире. Но его можно понять: ведь 10 лет занимались темой храма, вложились в проектные работы, потратившись не на яхты, а на восстановление исторической справедливости. И тут возникают модераторы, направляющие брожения».

«Вот, мне сегодня и вчера передали информацию, что активисты ЛГБТ, екатеринбургские, сейчас проводят опросы, чтобы сделать это место, где храм пока не стоит (или там не будет стоять, это не нам судить), местом своего главного сборища, например», - отметил меценат.

По его мнению, в екатеринбургском конфликте были люди, которые искренне заблуждаются и недостаточно информированы о том, как и кем принималось решение о выделении земли, проведении общественных слушаний и даже о количества деревьев, предусмотренном в проекте строительства храма. Но есть и модераторы протеста, которым важно завести город: «Они репетируют. Их немного, этих модераторов, но они есть. Они профессионалы и умеют разжигать эмоции, они как раковая опухоль. Именно они и будут дальше доводить ситуацию до крайностей — до майданов, покрышек, убийств и свержений». Лидерам протеста чрезвычайно важно то, что они делают это для своего лидера — или дьявола. Поэтому не исключено, что после общественного опроса радикально настроенное меньшинство вновь откажется подчиниться решению большинства просто потому, что конфликт происходит не только на политическом или общественном уровне, но и на мистическом.