Проповедуйте Евангелие всей твари. Памяти священника Даниила Сысоева.


«Россию надо подморозить», — говаривал некогда Константин Петрович Победоносцев. Известный обер-прокурор Святейшего Синода признавал и уважал одну только инстинктивную религиозность, так называемую детскую веру, основанную на бытовом благочестии и лишённую сознательного поиска. И теперь, спустя век переворотов и после рек крови, вновь зазвучала та же идея отказа от Церкви воинствующей, отвечающей на все вызовы «века сего» словом Христовым.

И снова нам говорят, что надо только сохранять то, что было принято в советское время, независимо от того, соответствует ли это Священному Преданию или нет. Миссионерство и приходская активность, изучение Священного Писания, вдумчивое отношение к богослужению, отстаивание независимости Церкви и стремление к частому Приобщению Святых Христовых Таин подменяется земными попытками законсервировать живой организм Тела Христова. «Главное — сохранять то, что есть. Не надо ничего менять, даже если это и противоречит согласию отцов. Ведь это Предание!» При этом забывается то, о чём говорит Катехизис: Священное Предание — это не то, что принято теми или иными христианами, а форма передачи Божественного Откровения. И обычай не является Преданием, а сам проверяется Преданием.

Так Церковь Живого Бога воспринимается как нечто очень хрупкое, неспособное себя защитить, да зачастую и вовсе забывается, что Тело Христово вовсе не тождественно той или иной этнической общности. Истина оказывается ненужной, а всё сводится к традиции народа. Не случайно среди сторонников такого отношения к Православию распространено своеобразное народничество, утверждающее ненужность христианского воспитания народа Божия. Напротив, даже самые дикие суеверия объявляются неотъемлемой частью Предания. В качестве примера приведу недавнюю статью одного известного автора, в которой нормальной называется практика исповеди Сырой Земле. Так обычное недоверие Господу выливается в возрождение дикого язычества. И ведь не приходит в голову таким «ревнителям» проверить, соответствуют ли их построения слову Божию, понимаемому согласно учению отцов.

Страшно то, что эта идеология некого «замораживания» церковной жизни находит отклик среди некоторых членов нашей Церкви. С одной стороны, это вовсе не удивительно. Ведь утверждение, что любое проявление активности в Церкви — это признак приближения II Ватикана, является наилучшим обоснованием банальной лени. Теперь тот, кто ничего не делает, может с гордо поднятой головой говорить: «Зато я отстаиваю неповреждённость Православия против угрозы обновленчества». А с другой — это маловерный страх: «А вдруг у Церкви ничего не получится? И как же мы будем?» Приходится напоминать и себе и другим слова Спасителя: «Никто не похитит их (овец) из руки Моей» (Ин. 10, 28). Именно доверие Христу даёт возможность нести Его слово независимо от обстоятельств времени и места. Именно потому, что Господь с нами сейчас, мы должны не откладывать решение нынешних задач на завтра, а решать их благодатью Святого Духа сегодня же.

Тут, думаю, необходимо сказать несколько слов о том, что такое настоящее обновленчество и чем оно отличается от миссионерской активности. Суть обновленчества в том, что его сторонники пытаются идти в ногу со временем; суть миссионерства в том, что мы пытаемся спасти наших современников. Модернисты подстраивают Церковь под нормы «века сего», миссионеры на понятном для современного человека языке передают ему нормы будущего века. Обновленцы перекраивают учение с тем, чтобы оно «не напрягало» «род сей прелюбодейный и грешный», миссионеры же, напротив, свидетельствуют нашим современникам непреходящую новизну Евангелия, непримиримого ко всякому виду зла. Для обновленцев (как и для старообрядцев) внешний обряд (пусть изменённый по «ветру главы своея») — это то, что важнее всего, а для миссионеров — это способ возвестить вечное Евангелие и укрепить своё сердце богообщением. Обрядовые формы многократно менялись, менялся и язык богослужения, но неизменной всегда оставались Христово учение и священные догматы. Для обновленцев церковные каноны — давно устаревшие реликты прошлого, а для миссионеров  — указание на оптимальное воплощение в жизнь Божественных догматов.

Таким образом, истинное миссионерство несовместимо с обновленчеством. Не случайно те авторы, которые борются за церковные реформы, редко бывают яркими миссионерами. Я убеждён, что попытка отождествить миссионерство и обновленчество делается для того, чтобы обосновать еретическое движение «миссиофобии». Суть этого заблуждения, в той или иной степени разделяемого всеми сторонниками «охранения Церкви», заключается в принципиальном отказе от проповеди слова Божия тем, кто не вошёл ещё в церковную ограду. Причины этого могут быть самые разные, но результат всегда один: мы сидим в своём тёплом углу, а посторонние нам только мешают. Это своеобразная «приватизация» Христовой Церкви. А по существу — это ересь против 9го члена Символа веры, отвержение апостольства Церкви.

Поэтому, разбираясь с этим лжеучением, мы сперва должны понять: а зачем и кому мы должны проповедовать? Самый простой ответ такой: Господь дал нам прямую и недвусмысленную заповедь  — «проповедуйте Евангелие всей твари» (Мк. 16, 15), а значит мы, Его рабы, должны беспрекословно и ревностно её выполнять. Нам никто не давал права пересматривать веления нашего Владыки.

Но и по сути, если мы верим в Бога любящего и сами призваны любить ближних, то для нас должно быть естественным стремление к тому, чтобы все потомки Адамовы познали истину и она сделала их свободными. Желание скрыть талант (обретенную истину) приведёт нас к последствиям, ясно названным в Евангелии, — к кромешной тьме.

Православные прекрасно знают, что вне Церкви нет спасения, что без веры в Господа Иисуса Христа, Сына Божия, никто не придёт к Небесному Отцу, что «кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3, 5). А значит, отказ проповедать Спасителя Христа кому бы то ни было — это признак поистине дьявольской ненависти. Ведь тот, кто не войдёт в Церковь, будет пожран врагом. А значит, не желающие миссионерствовать на самом деле желают своим близким вечной гибели. Страшно…

Некоторые пытаются уйти от этого вывода и оправдать себя тем, что будто бы принадлежность к Церкви не обязательна для спасения. В качестве универсального средства для спасения обычно предлагаются добрые дела сами по себе (выполняемые ли на деле?), что возрождает ересь Пелагия, осуждённую III Вселенским Собором. В ответ на это напомним анафематизм из чина Недели Торжества Православия: «Отвергающих благодать искупления яко единого к нашему оправдания средства да будет анафема». Да и простое чтение Нового Завета ясно показывает, что ни Христос, ни апостолы не полагали возможным спасения помимо жертвы Господней. Ведь если можно вырваться из уз смерти, очиститься от греха и войти в общение с Богом помимо Христа и Его Церкви, то смерть Господа была ненужной. Так что на самом деле те, кто отвергает необходимость миссии, глумятся над Кровью Христовой.

Но стоит посмотреть на те аргументы, которые чаще всего выдвигают сторонники отказа от всеобщей миссии. Первый из них — это утверждение, что миссия должна заключаться в первую очередь в делах, а уж когда кто дойдёт до меры святости апостолов, то он и может идти на проповедь. Конечно, такая постановка вопроса делает нереальной саму возможность миссии. Ведь кто посмеет сказать о себе, что он чист от скверны и достиг меры апостолов? Если такой и найдётся, то для всякого православного очевидно, что его и на пушечный выстрел нельзя подпускать к евангелизации. Ведь невозможно проповедовать смиренного Христа тому, кто пропитан ядом гордыни.

Но дело тут в другом. Когда говорят о проповеди делами, то забывают, что и сама проповедь православного христианство есть доброе дело и исполнение прямой заповеди Господней. Как мы уже показали, никакой человек не может достигнуть любви, если он не желает спасения всем своим ближним. А если у нас нет любви, то и все наши дела не имеют никакой цены. Мы «медь звенящая или кимвал звучащий» (1 Кор. 13, 1).

Вопрос надо ставить так: готов ли ты исполнить прямой долг, вытекающий и из любви к Богу, и из любви к ближнему, или нет. Если не готов, то ты не христианин, а злой раб и ленивый из евангельской притчи.

Другим распространённым возражением против миссии является вопрос политической целесообразности. Утверждают, будто Российскому государству противопоказано миссионерство, так как оно нарушит межрелигиозный мир. Но если и предположить, что это так, следует вспомнить слова апостолов, сказанных как раз по миссионерскому поводу: «Рассудите, должно ли слушать вас более Бога?» (Деян. 4, 19). Заповедь Господня должна исполняться вне независимо от того, нравится это людям или нет. Мы не можем спокойно созерцать гибель миллионов непросвещённых людей лишь изза того, что ктото решил, будто это нецелесообразно.

Но и по сути такое возражение абсурдно. И сейчас православное миссионерство находится полностью в правовом поле Российского государства, и не существует никаких административных запретов на проповедь Евангелия. Да и история государства Российского ясно показывает, что активная проповедь Православия среди раскольников, мусульман и язычников никак отрицательно не сказалась на существовании нашего земного Отечества.

Империя менее значима, чем Бог, и менее важна, чем спасение одной души, которая дороже всего мира, а потому и употреблять политические аргументы в данной ситуации преступно.

Ещё одним возражением является утверждение, будто миссия в России вовсе не нужна, потому что мы уже тысячу лет как православные. Но и это возражение неверно потому, что и сейчас даже формально к Церкви не принадлежит чуть ли не треть населения России. Но самое главное то, что, согласно Священному Писанию, необходимым условием спасения является правая вера. А вот этого как раз и не хватает нашим соотечественникам. Уровень религиозного невежества в нашей стране просто поражает. И тут не место рассуждать о якобы генетически свойственном русским Православии. Ведь суть нашей веры не в некоем генотипе или в некоей культурной парадигме, а в живом общении со Святой Троицей, без которого спастись невозможно. А этого не может дать никакое происхождение по плоти даже от праведных предков. Мы помним, как евреи гордились своим происхождением от Авраама, но это не помешало им отвергнуть Сына Божия. Также и великие русские святые не помешали чудовищному богоборчеству времён большевизма.

Наконец, против миссии выдвигают странный аргумент: «Можно проповедовать тоталитарным сектам, но нельзя нести благовестие адептам традиционных конфессий». Но где в Писании или Предании мы найдём упоминание о неких «традиционных конфессиях», которые будто бы лучше, чем зловредные секты? Разве не говорит слово Божие, что боги народов демоны, а значит, вполне традиционное язычество есть бесопоклонство? Кто и когда мог спастись помимо искупительной Жертвы Христа, в которой мы участвуем через Крещение и Евхаристию? Этот аргумент на самом деле не нов. И использовался он гонителямиязычниками против христиан. Достаточно открыть жития святых Антипы Пергамского или Карпа, чтобы увидеть: их казнили как раз за отказ от участия в «традиционном римском культе». Именно им предъявлялся аргумент «от древности и выгодности для государства», который выдвигают против миссии сейчас. На это прекрасно ответил священномученик Карп: «Не всё древнее достойно почтения за то, что оно древнее, ибо и злоба древняя, но, тем не менее, не достойна почтения».

В вопросе веры имеет значение только одно: истинна она или ложна. Ибо истинная вера приведёт к истинному, Живому Богу, а ложная — к лживому убийцедиаволу. И проявится это не только в будущем воздаянии, но и в этой жизни. Ведь если ересь достаточно еретична, она обязательно изуродует жизнь.

Итак, мы видим, что за противостоянием двух представлений о бытии Церкви скрывается на самом деле древняя брань между Богом и сатаной, между вечной жизнью, явившейся на земле, и древней смертью, желающей пожрать Церковь Божию. Поэтому нам надлежит занять жёсткую оборону против натиска врага; а как известно, лучшая оборона есть наступление. Сейчас время идти до края земли, нам надлежит возвестить неповреждённое Евангелие и язычникам, и безбожникам, и сектантам. И неважно, какого они возраста, во что одеты, на каком языке говорят. Нам, по слову апостола Павла, надлежит стать «всем для всех, чтобы спасти хотя бы некоторых». А тем христианам, которые боятся врага и потому дезертируют из воинства Христова, напомним, что боязливые не войдут в Небесный Иерусалим.

Читайте также: