Моя крепость

Очередным пробным шаром потенциальной болотной революции стал проект закона о профилактике семейного насилия. Никакого, однако, отношения к соблюдению чьих-то прав он не имеет, о чём недвусмысленно извещает заголовок интервью, опубликованного на РТ 7 октября: «Это закон из серии "война с ментальностью": депутат Госдумы Оксана Пушкина — о профилактике бытового насилия». Вот так вот. Ментальность у нас неправильная — не американская.

Мальтузианский законопроект, обильно сдобренный ложью и справедливо названный в народе «законом о насилии над семьёй», представляя прямую угрозу существованию страны, которое пока ещё гарантировано «Стратегией национальной безопасности Российской Федерации», утверждённой Указом Президента РФ от 31.12.2015 № 683, — классический троянский конь, подготавливающий захват политической власти через феминистскую повестку, как это уже случилось во многих странах мира.

«Пусти козла в огород»

Авторы законопроекта поторапливают Госдуму рассмотреть их предложения: промедление, дескать, смерти подобно (не напоминает «Апрельские тезисы» Ильича?). SOS! Семья в опасности! Не защитим сей секунд сирых-убогих женщин — все престарелые психопаты-доценты, прелюбодействующие с аспирантками, которые во внучки им годятся, по примеру Соколова ринутся резать своих сожительниц и в Неву расчленённые трупы скидывать.

Надо ведь повод сочинить! Авось, сентиментальные дамочки да отроковицы, мужьями не битые, замуж не хаживавшие, на наживку и клюнут… Не оповещать же, в самом деле, каждого встречного-поперечного, что на носу «тринадцатая зарплата» от дядюшки Сороса! Да и новый закон об иноагентах, не приведи бог, силу наберёт — и прости-прощай все труды по развалу непокорной России! И коту под хвост семь лет стажировки в «дружественной» ABC, и ностальгия по Сан-Франциско, второй родине, грозит в разряд несбыточных грёз перекочевать. Вот отчего такая спешка.

От здравомыслящего читателя не ускользнёт в притянутом за уши поводе ещё одна нелепица: с каких пор блудное сожительство приравнивается к честнóму браку, узаконенному государством и освящённому в церковном Таинстве? Неужели авторам выдвигаемого проекта не ясна «дистанция огромного размера» между тем и другим?

семейное насилие

То-то и оно, что не ясна: представления о настоящем супружестве у дам, якобы озабоченных семейным насилием, носят исключительно теоретический характер. По какому тогда праву они превращают семью в полигон для людоедских экспериментов, а закон — в орудие мести ненавистному противоположному полу?

Интересно также, кто и почему поручил разработку «семейного закона» депутатам, откровенно ненавидящим институт брака как таковой. Вопрос и к нам, гражданскому обществу: кто и почему выдвигает в депутаты людей, которые, не скрывая нежной любви к забугорью, пишут по иностранному образцу кальки-законы для нашей жизни?

Зачем, наконец, понадобился специальный закон, если давно уже существует 40 статей УК, так или иначе защищающих людей от тирании ближних? Сама жизнь говорит об абсурдности его принятия, когда налицо очевидное: в современной России, старающейся жить по заповедям, наблюдается неуклонная тенденция к снижению семейной преступности, тогда как в странах, принявших аналогичный закон, она из году в год растёт. Например, в Казахстане, принявшем за 9 лет 12 «гуманных» поправок, преступность в отношении женщин и детей возросла на 90% по сравнению с 2015 годом!

Юристы изумляются вопиющей правовой безграмотности разработчиков, туманности и абсурдности формулировок. Да не нужна им ясность, опасна даже: в мутной водичке рыбку ловить сподручнее.

Кто выступает в поддержку скандального проекта? Из 35 организаций, подписавших письмо о его насущности, 24 финансируются из-за рубежа. Кроме того, большинство подписантов неровно дышат к ЛГБТ-сообществам или пламенно ненавидят противоположный пол. Характерно, что свыше 190 организаций, так или иначе занимающихся проблемами семьи, выступают против данного законопроекта и считают проблему высосанной из пальца, но ни одну из них на слушания не пригласили и с текстом проекта ознакомить категорически отказались. Что за тайны Мадридского (вернее, вашингтонского) двора? Почему родительскую общественность, которой, собственно говоря, и адресован закон, не допускают до его обсуждения?

Законопроект, грубо противоречащий российскому законодательству и обладающий «неустранимыми недостатками, будет способствовать не профилактике насилия в семьях, а провоцированию лишней напряжённости и конфликтности», — предупреждают доктор юридических наук, профессор М. Н. Кузнецов и кандидат юридических наук П. А. Якушев, но лоббистам выгоднее широко осветить мнение более «авторитетных и сведущих» экспертов — легковерных или асоциальных тинэйджеров либо девиантной массовки.

День сурка

Всем памятна история с «Матильдой» — грязная атака на Церковь и семью, приуроченная к 100-летию революции. Так мечталось живущим в России кощунникам и их заокеанским кураторам учинить продолжение банкета-оргии! Да что-то не так пошло. Инициаторы антисемейного законопроекта тогда тоже внесли свою лепту в скандал, сопровождавший появление бездарного «киношедевра», и до сих пор не могут простить его противникам своего морального фиаско. Более того, на вопрос, почему их закон вызывает бурю споров, они вспоминают исторически лживый фильм. Негативная реакция общества вновь запрограммирована. Зачем?

Интересно, что в ноябре 2017 года, сразу после провального дебюта «Матильды», временная рабочая группа при Госдуме, куда вошли и разработчики проекта о насилии, занялась доработкой сомнительного «законопроекта о гендерном равенстве», отклонённого в 2003 году.

И вот очередная атака на основы жизни — попытка номер два, такая же настырная, агрессивная и лукавая. Вообще, надо заметить, «знакомые всё лица», примелькавшиеся пару лет назад, новизной технологий не блещут. Никакой самодеятельности, никакого отклонения от методичек Госдепа, обкатанных не на одном десятке стран.

Чтобы создать видимость правдоподобия, антисемейное лобби пускает в ход «тяжёлую артиллерию» — неумолимую статистику, против которой, казалось бы, не попрёшь. В подтверждение тезиса: «Семья — это подпольные застенки гестапо», — начинается жонглирование цифирками: в России, дескать, 40% тяжких преступлений совершается в семьях, ежегодно страна хоронит 14 тыс. женщин, убитых мужьями, а 16 млн русских баб тихонько рыдают в подушку от семейного насилия. «Страшно, аж жуть!». А что скажет официальная статистика МВД? В 2018 году в стране зарегистрировано в общем 250 647 преступлений насильственного характера; из них в отношении женщин — 107 450 преступных деяний, причём 90 процентов злодеяний было несемейной природы. И где здесь пресловутые миллионы? Из всех женщин, живущих в России, настоящему насилию, за которое дают срок, подверглись в 2018 году 0,0003 %! Вот тебе и «жуть»!

Кинодеятель Учитель тоже жонглировал фактами по собственному произволению, превращая муху в слона. Куда без лжи в таком деле?

Не успев родиться, закон, как и фильм Учителя, сеет вражду и рознь — вот плоды, по которым узнаются намерения.

В кривом зазеркалье считается особой доблестью опоганить святость брака, обгадить идеал чистоты. И в этом схожи инициаторы общественных скандалов, взбудораживших страну.

Как и два года назад, методы манипулирования толпой грубы и вульгарны: достаточно высмеять дикарей-оппонентов, не доросших до всего «прогрессивного человечества», а избранную массовку похвалить за кросс впереди паровоза.

А ещё важно побольше магических заклинаний, безотказно парализующих волю электората, на-гора выдать: демократия, мол, интересы народа, свобода…

В обоих случаях героические усилия по стиранию самоидентичности россиян и превращению их в однородную евроатлантическую биомассу преподнесены обществу как акт величайшего гуманизма, а критики законопроекта представлены помешанными на насилии монстрами и туповатыми маргиналами.

В эту категорию, прежде всего, занесены православные христиане: свет веры и тьма неведения несовместимы. В оскорбительных выражениях в отношении верующих «светочи прогресса» не стесняются, клеветы не гнушаются, но за неосторожное слово в свой адрес по судам затаскают и кровушки попортят. Так, одна из ключевых фигур прозападного лобби Оксана Пушкина заявила, что от традиционалистов, критикующих закон, «до экстремистов — один шаг», попутно направив депутатский запрос в МВД, СК, ФСБ с просьбой привлечь к ответственности общественников и патриотов, выступающих в защиту семьи.

Антисемейные законы

К незаконной террористической организации ИГИЛ (организации, запрещённой в РФ), сеющей смерть и разрушение, приравнена общественно-благотворительная организация «Сорок сороков», которая помогает детдомам, сиротам Сирии, кормит бездомных… Что это, как не беззастенчивая клевета и разжигание религиозной розни, преследуемые, кстати, российским законодательством?

Помнится, пару лет назад ремесленник от искусства Учитель, пытаясь переложить ответственность с больной головы на здоровую, тоже как из рога изобилия сыпал в адрес православных организаций обвинениями в экстремизме.

Опасаясь возмездия за свои преступные деяния, аки Каин, гонимый совестью, бегал он от собственной тени, видя в ней толпы преследователей. Ныне невинными жертвами якобы проплаченной кампании выставляют себя разработчики законопроекта.

«Говорят, что существует сценарий окончательного уничтожения России, согласно которому будет спровоцирован "русский бунт, бессмысленный и беспощадный", а для "наведения порядка" будут введены войска НАТО, которые возьмут всё в стране под свой контроль», — писал ещё в 2001 году протоиерей Александр Шаргунов. Не для этого ли усердствуют деятели, испытывающие безграничное терпение народа?

Начать с антицерковного кощунства, с пренебрежения интересами миллионов православных людей и закончить лживыми обвинениями в их же адрес — это либеральное клише стало уже неким ритуалом, сопровождающим громкие провокации.

А ещё важно загнать критиков в ловушку, поставив их перед безвыходной дилеммой: поддéржите закон — потеряете веру, семью, страну, себя самих; возразите — прослывёте в глазах несведущего большинства если не насильниками, не союзниками маньяков, то уж точно мракобесами, приверженцами первобытного домостроя (в расхожем смысле этого слова). Как похоже это на лукавство фарисеев, которые, искушая Христа, пытались уловить Его в слове!

Примечательно, что и в случае с господином Учителем, и в ситуации со скандальным законом в адвокаты взят одиозный Константин Добрынин — либеральный деятель, который в числе многих инициатив, нацеленных на развал страны, «прославился» пропагандой содомии. Богоборцы и антиклерикалы — излюбленная клиентура юриста.

Ну, и для полноты картины не хватает самого честного в мире борца с коррупцией Алёши Навального. «Закон, который в полном объёме никто не видел, но многие обсуждают», — подхихикнул он. Подобной сакраментальной фразой, как дубиной, размахивала оппозиционная общественность, ломившаяся в 2017-м на «Матильду».

«Добро пожаловать в ад!»

Адское право

Гильотина — не лучшее средство от головной боли. Разумнее устранить истинную причину любой, в том числе и семейной преступности: безбрежный разгул разврата и насилия, безнаказанно пропагандируемых масс-медиа; дебилизацию населения; демонстративный саботаж указов Президента, направленных на преодоление демографического кризиса, со стороны политических элит и ответственных чиновников; наличие колониальных статей в Конституции РФ, препятствующих суверенитету России, — тогда и гильотина не понадобится.

Один из высокопоставленных немецких политиков на вопрос: «Почему мы воюем с Россией?» — ответил: «Тут, на Западе, воюют с Путиным потому, что он воюет с педерастами». Может, не только Запад трогательно озабочен судьбой извращенцев? Как иначе объяснить парадоксальную ситуацию, складывающуюся в нашей стране?

На фоне катастрофического снижения рождаемости В. Путин формулирует стратегическую цель обеспечить устойчивый естественный рост численности населения, объявляет семейные ценности основой основ, а многодетную семью — нормой. Чиновники же, в упор не замечая бедственного положения семей с детьми, не просто не спешат реально улучшить благосостояние многодетных, но и псевдонаучными исследованиями пытаются доказать экономические преимущества малодетности, словно оправдывая непопулярные драконовские меры по сокращению рождаемости.

Законопроект, списанный с западных образцов, которые уже превратили в ад существование европейцев, призван забить последний гвоздь в крышку гроба, уготованного для российской семьи.

«Моя крепость» или проходной двор?

Испокон веков люди понимали: крепкая семья — зáмок и замóк, ограждающие устои жизни; одна из четырёх стен, заслоняющих от разрушения основы мироздания. «My house is my castle (мой дом — моя крепость)», — заявляли наивные англичане с лёгкой руки Эдуарда Кока, английского юриста XVII в.

Канули в Лету те времена. Законодатели XXI века бесцеремонное вторжение в чужую жизнь полагают священным долгом всех и каждого. Никаких цитаделей мира и безопасности! Никаких крепких стен и высоких заборов! Раскатать всё по брёвнышку! Никакого взаимоуважения, укрепляющего чувства; никакой женской верности, окрыляющей мужество, и мужской, по-отечески сильной заботы, способствующей расцвету женственности и нежности! Безжалостно истребить то главное, на чём строятся отношения двоих, что достойно неназойливого внимания и благоговейного изучения! Всё остальное в отношениях полов, что не подлежит огласке, превратить в публичное зрелище, а семью — в проходной двор!

Но есть же, в конце концов, грань, которую не смеет переступать никто, если он человек!

«Самое опасное место на земле — это дом», — уверяют нас ныне. Как? Вас не поколачивает муж? Вас не пытают электрошокером? Не загоняют иголки под ногти? Значит, вы редчайшее исключение. До поры до времени.

шествия

Конец ноября… Шествуют по российским улицам «онижедети» — замордованные жертвы домашнего насилия, физического, психологического, экономического, и «насилия, ограничивающего сексуальную свободу»: у одной изверг-папаша наркотики отнял; другую крепким словцом припечатал за пустячный грабёж; третью садюга-мамаша за уроки усаживает и посуду за собой мыть заставляет. Шутки? Отнюдь нет! Подобным прецедентам за рубежом несть числа.

Только вот что-то печали-кручины да синяков предательских на лицах отчаявшихся жертв не наблюдается: видать, материальный эквивалент за протестные труды сердце греет, да и «гуртом», как говорят на Украине, «батька бить веселее». И от этого только страшнее за души доверчивых юнцов и юниц.

Вот девчушка с плакатом: «Сегодня он подарит мне цветы и не будет бить. А завтра?». Что узрит она в трепетном чувстве влюблённого в неё юноши: нежные ростки доверия и симпатии или коварство лицемера-маньяка? Ответ — в её руках, его она и станет искать. А если не найдёт, то потщится спровоцировать, пока не добьётся своего. У другой — бумажка, сообщающая, что «вступление в брак может привести к побоям». Захочет ли она в принципе создавать семью при такой установке? «Семья не частная собственность. Это вообще не собственность!» — категорично декларирует третья. Скандальный закон ей жизненно необходим — на права, гарантированные людям Конституцией, девочке глубоко плевать! «Тяжелее всего защищаться от защитников», — философски констатирует лозунг ещё одной жертвы манипуляторов, которой мало сорока подзаконных актов. Сомнительно, впрочем, что она о них вообще слышала. «Я тебя породил — я тебя и убью», — иронизируют «павлики морозовы» в юбках. Невдомёк им, что тень Хама маячит недалече. «Нельзя мешать человеку сходить с ума!» — вот, пожалуй, требование, роднящее наивных демонстрантов.

Забавно, что одна из главных вдохновительниц «борьбы с семейным насилием», феминистка Алёна Попова, взывает к малолетним соратницам не откуда-нибудь, а из Лондона. Узнаваемый почерк главных «борцов с режимом». Откуда берутся «онижедети», готовые по первому зову выйти на защиту «справедливости, свободы, равенства, братства»? Спросите у несчастной Украины: она-то знает.

Оруэллу и не снилось

«Я закона не боюсь: меня жена не бьёт», — беспечно написал в обсуждениях один мужичок. Погоди, мужик, хорохориться: вот потребует она у тебя «Порше» на твою слесарскую или учительскую зарплату — и станешь ты как миленький «экономическим насильником», и никакие заслуги перед супружницей, отпрысками и производственным коллективом тебя не спасут. При этом ей вовсе не обязательно строчить донос в госорганы и НКО — они сами вас найдут, достаточно глупой бабе поплакаться перед болтливой подружкой.

А ежели, наивный, с букетом и тортиком мириться приползёшь, или бледной тенью за ней последуешь, или эсэмэску прислать вздумаешь, или друга словечко о тебе замолвить попросишь — всё, пиши пропало: охранный ордер, предусмотренный законопроектом, зачислив тебя в преследователи, напрочь исключит твоё возвращение в семью. Права на воссоединение вам не дадут — вашу участь загодя предопределил «гуманный» закон.

Вдобавок приставят к тебе на долгие годы платного психолога — и не вздумай отнекиваться! «Бывшая» твоя, этакая ненасытная старуха из небезызвестной сказки о золотой рыбке, навеки заречётся грезить о «Порше», до конца жизни расплачиваясь за «услуги» кризисного центра, да толку что?

Представим иную ситуацию: женщина предпенсионного возраста тянется из последних сил, доглядывая выжившую из ума мать-старуху, которая в припадках безумия кричит: «Помогите! Убивают!». Конечно же, сердобольные соседи, стоящие на страже «гуманного» закона, непременно добьются справедливости: жестоковыйную дочь — за решётку, впавшую в возрастной маразм старушонку — в дом престарелых. А как освободившейся квартирой распорядиться, знающие люди разберутся, и, главное, чёрных риелторов не понадобится — «всё культурненько, всё пристойненько, исключительная благодать».

Демография, говорите? Национальная стратегия? «Третий Рим»? А почто коленка у отпрыска зелёнкой залита? Почто косичка у отроковицы растрёпана? Почто детей постами морите, хамонов не даёте? Ах, денег нет? Ну и нечего нищету плодить! Нечего на шею олигархам садиться — самим не хватает. Не напасёшься на вас, понимаешь ли… Не закон, а клад для чиновников — борьба с многодетностью все проблемы решит и средства для госбюджета сэкономит. Сплошная выгода: и заморачиваться поисками выхода не надо, и перед Президентом об изыскании средств отчитаться можно, и, главное, международные сообщества педофилов гневить не придётся.

Полиция разберётся, заживём в безопасном обществе? А как же! Непременно! Криминальные авторитеты все переловлены, все «глухари» раскрыты... «Мир и безопасность».

Передёргивание? А кто сказал, что общество, напрочь отвергшее здравый смысл, будет решать проблемы иначе?

Закулисное правительство

По большому счёту, чтобы закон работал, ни бабули, впавшей в деменцию, ни отморозка-тинэйджера, ни мужа алкаша-наркомана не потребуется. Более того, чем нравственнее семья, чем она дружнее и крепче, тем хитроумнее расставляемые капканы, тем абсурднее обвинения.

Иван Сидоров, многодетный отец из села Новотулка Самарской области, публично уличён в страшнейшем преступлении: трое его сыновей не смотрят телевизор и даже — мыслимое ли дело! — не знают, кто такой Чебурашка с котом Леопольдом. Как без этого жить? Ужас! Кошмар! Более того, мальчишки владеют иностранными языками, а в свободное от учёбы время — это надо же! — читают книги, помогают отцу по дому и занимаются хобби, каждый своим. Родители одноклассников в панике: отроки «оказывают неправильное влияние» на их детей. Вдруг, чего доброго, от мата отучат? Если уста лукавы, то степень чудовищности изрекаемой лжи, клеветы, напраслины не имеет значения. И таскают «не таких, как все», пацанов по социально-психологическим экспертизам да приютам, а несчастного отца по судам, инстанциям, комиссиям, угрожая лишением родительских прав.

Единичный случай? Как бы не так! Известны десятки, сотни примеров, когда приличные, любящие родители, лишённые родительских прав по клеветническим доносам, с горя просто умирали или становились инвалидами.

Не обязательно быть и белой вороной — в вину могут вменить твою внешность, не понравившуюся завистливой чиновнице, как случилось с 21-летней Кристиной Евтушенко, которая, бросив учёбу в городе, вернулась в отчий дом, чтобы взять под опеку шестерых братьев и сестёр после смерти родителей.

Однако что за дело до «маленьких трагедий» разработчицам законопроекта? Тем-то он и хорош для них, что введённые ими понятия «экономическое, психологическое и сексуальное насилие» развязывают руки всем, кто ненавидит институт семьи, о чём недвусмысленно заявила Алёна Попова: «Если оттуда уберут всё и оставят только физическое насилие, и охранные ордера впишут в Кодекс об административных правонарушениях, такой закон неприемлем. Мы, скорее, будем считать его вредным, чем полезным». Горланьте, одураченные девочки, о реках крови, льющихся в семьях, — закон не об этом.

Более того, под его жернова может попасть каждый. Презумпция невиновности распространяется лишь на белое-пушистое общество с ангельскими крылышками — хоть сейчас в небо запускай: на неподкупных судей, кристально-чистых чиновников; на мудрых педагогинь, способных заткнуть за пояс самого Песталоцци… Впрочем, не исключено, что и любопытные общественники, сующие нос в чужую жизнь, останутся не у дел, ежели, не приведи Господь, закон будет принят: ведь рассчитан-то он на НКО, ублажающие преступные заокеанские сообщества; на легализацию торговли детьми; на секс-просвет в школах; на внедрение таких «международных стандартов», как аборты, контрацепция, гомосексуализм, транссексуализм и т. п. Так, в стратегическом плане по России «Russia Project Strategy, 2014–2017», подготовленном для фонда Сороса, аббревиатура «ЛГБТ» упоминается на 10 страницах 35 раз, НКО — 39 раз.

У Соколова в те поры, когда нынешний законопроект сочинялся, обострения ещё не наступило, а профилактикой уже озаботились; закона нет ещё, а методички по изъятию детей 10 лет как существуют — такая вот занятная конспирология.

«Не хорошо быть человеку одному»

Недаром говорится: «Семья — это малая Церковь». Разве не святой прообраз семьи являют собой иконы Пречистой Богородицы с Богомладенцем, доверчиво прильнувшим к Матери?

Святость семьи узаконил Бог в заповедях, данных человечеству, и в Таинстве Венчания, установленном Церковью. В первые же дни творения благословил Он союз мужчины и женщины: «И сказал Господь Бог: "не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему"» (Быт. 2, 18).

Первое чудо Иисус Христос сотворил на браке в Кане Галилейской и впоследствии многократно в поучениях Своих ограждал любовь от нечистых похотей и грязного вожделения. «Вы слышали, что сказано древним: "не прелюбодействуй". А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с ней в сердце своем. Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя; ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну» (Мф. 5, 27–29).

Семья

Спаситель защищал семью от легкомысленной безответственности и эгоистично-жестокого сластолюбия: «Кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведённой прелюбодействует» (Мф. 19, 9).

В словах этих — ключ к решению семейных и общественных проблем. Не удивительно поэтому, что наступление на традиционную семью сочинители «нового мирового порядка» разворачивают параллельно с атакой на Церковь. «Чтобы прийти к созданию единого мирового правительства, необходимо освободить людей от их индивидуальности, от привязанности к семье, национального патриотизма и религии, которую они исповедуют», — гласит Декларация Всемирной организации здравоохранения при ООН.

Крепка семья — крепко и государство. Прописную истину и напоминать неловко, да не грех задуматься, кому выгодно поголовное духовное самоистребление, девятым валом накатившее на нашу страну и выражающееся в абсолютной потере стыда и целомудрия, в безудержной тяге к наслаждениям любой ценой и удовлетворении ненасытного эгоизма. Духовный Чернобыль, взрывающий основы жизни…

«Все многочисленные племена, подвластные москвитянам … кажется, лучше нас следуют учению Евангельскому. Обмануть друг друга почитается у них ужасным, гнусным преступлением; прелюбодеяние, насилие и публичное распутство также весьма редки; противоестественные пороки совершенно неизвестны, а о клятвопреступлении и богохульстве вовсе не слышно», — это свидетельство Альберта Кампезе, одно из многих наблюдений иностранцев, изумлённых чистотой некогда царивших в России нравов, никого бы не удивило ещё в годы Великой Отечественной войны. Тогда фашистские идеологи задолго до победного перелома на фронтах вынуждены были признать, что наш народ, имеющий такие высокие нравственные идеалы, непобедим. С тех пор прошло три четверти века… Дальше что?

«Если разрушится семья, то низвергнутся государства и извратятся народы» (преподобный Серафим Саровский)