В Горней обители

Агния Суворова

Агния Суворова, выпускница регентского отделения Московской духовной семинарии, а ныне регент церковных хоров в двух тульских храмах, певческую практику по окончании семинарии проходила в Горнем монастыре в Иерусалиме. Предлагаем вниманию читателей ее рассказ о жизни на Святой земле.

В Горней обители

Горненская обитель расположена в том месте, где жили родители святого Иоанна Предтечи, праведные Захария и Елисавета, и где родился Иоанн Креститель. Сюда пришла Дева Мария после ангельского благовестия Ей о рождении Богомладенца. В Евангелии от Луки об этом говорится так: «Вставше же Мария во дни сии, с поспешностью пошла в нагорную страну, в город Иудин, и вошла в дом Захарии, и приветствовала Елисавету» (Лк. 1, 39–40). По преданию, храм возведён там, где праведная Елисавета приветствовала Матерь Господа своего: «Благословенна Ты в женах, и благословен плод чрева Твоего!» У входа в храм лежит камень, с которого Иоанн Креститель произнёс свою первую проповедь. А за пределами монастыря сохранился источник, откуда Дева Мария брала воду…

«Пребыла же Мария с нею около трех месяцев», — сказано в Евангелии. Именно по этой земле ходила Сама Божия Матерь…

Место это издавна почитается святым. В 1871 году оно было выкуплено знаменитым начальником Русской Духовной Миссии в Палестине архимандритом Антонином Капустиным. Им была основана здесь женская община для состоятельных пожилых женщин и вдов, которые жили на склоне горы в своих домиках и только молились вместе в общем храме. В дальнейшем возник общежительный женский монастырь. В нём два храма: в честь Казанской иконы Божией Матери и Иоанна Предтечи. Иоанн Предтеча считается покровителем и игуменом монастыря, а среди чтимых праздников — дни памяти праведных Захарии и Елисаветы. Недалеко от Горнего расположен католический «Монастырь Посещения».

Горний — один из двух русских монастырей на Святой Земле и единственный, принадлежавший Московской Патриархии. Есть ещё монастырь святой Марии Магдалины, который относится к Русской Зарубежной Церкви.

Горненский монастырь сегодня входит в городскую черту Иерусалима; раньше здесь была деревня. От него до старого города — 40 минут езды городским автобусом.

Жизнь обители

Я и ещё две мои подруги по регентскому отделению приехали в Горний монастырь несколько лет назад по приглашению матушки Георгии, игуменьи монастыря. Матушка очень ценит красивое церковное пение, и наше основное послушание в этом и заключалось. Пели почти каждую литургию, но, кроме этого, несли и другие послушания.

Горний монастырь

Распорядок дня в монастыре таков. В полшестого утра – полунощница, акафист, часы, потом литургия. В девять часов общая трапеза, затем послушания до обеда. После обеда час-полтора отдых, затем снова послушания, вечерняя служба и ужин.

За полгода жизни в монастыре я побывала на всех послушаниях. Первым из них, сразу же по приезде моём в обитель, было гостиничное. К концу сентября — на Рождество Богородицы, на Воздвижение Креста Господня — ожидалось много паломников. Надо было приготовить для них помещения, тщательно всё убрать. При монастыре действуют четыре гостиницы, небольшие, двухэтажные, со всеми удобствами.

Условия жизни в Горней обители несколько отличаются от привычных нам в российских монастырях. Сёстры живут в небольших домиках по двое. У каждой сестры отдельный вход, своя кухонька, душ, туалет, горячая и холодная вода. В общем, условия довольно комфортабельные, но и ответственность на сестёр возложена большая…

Общая трапеза в монастыре — только завтрак; обед и ужин сёстры берут на кухне полуфабрикатами или уже готовыми и разогревают дома на плиточках. Есть в домах и настоящие печки: хотя здесь почти всегда тепло, даже жарко, в зимнее время (в декабре, январе) нам приходилось эти печи топить — ведь в каменных домах даже летом прохладно.

Многие сёстры живут вне монастыря — на участках, принадлежащих Московской Патриархии, несут там послушания, например, ухаживают за фруктовыми деревьями. Есть участок на озере Галилейском, есть участок в Хевроне, в Иерихоне — оттуда привозили особенно сладкие апельсины и мандарины…

Большинство сестёр приехали лет двадцать назад из Пюхтицкого монастыря. Но есть и из других мест — с Украины, из Белоруссии, Молдавии, даже из Болгарии и Польши. Все говорят по-русски.

Горний монастырь

Когда я ехала туда, думала, что увижу каменную пустыню. А оказалось, всюду такая буйная растительность! Множество самых разнообразных цветов, и растёт всё прямо из-под булыжников. И что удивительно, вся эта растительность покрыта… колючками! Взять даже обыкновенный дуб, и у того резные листики с колючками на концах. Вот этот колючий кустарник, который образует на территории монастыря прямо-таки непроходимые дебри, и приходится сёстрам всё время вырубать. В ход идут пилы, топоры, секаторы; потом всё это надо сжигать. Этим занималась и я с моими подругами, неся послушание по уборке территории. Представьте себе: жара 50 градусов, а вы разжигаете костёр!

Весь сентябрь и октябрь сёстры и трудники заняты на уборке маслин. На территории монастыря растут около ста масличных деревьев, и в период плодоношения все они густо-густо увешаны плодами. Потом, когда уже всё было убрано, мы ходили и не верили себе: неужели всё собрали? Кстати, сырые маслины совершенно несъедобные, горькие. Для употребления в пищу их специальным образом вымачивают, маринуют.

Из плодовых деревьев на территории обители растут ещё лимоны, гранаты, миндаль. А на участках, расположенных немного южнее, — грейпфруты, апельсины, мандарины, бананы, персики. Всё это идёт в пищу сестрам, паломникам, прихожанам, которые приходят на службу.

А ещё я узнала, что, оказывается, можно есть… кактусы! Они там тоже растут повсюду, такие огромные колючие лопухи. Плоды их похожи на огурцы, только цвет желтовато-розовый. Если аккуратно разрезать кожицу, покрытую колючками, внутри окажется мякоть, напоминающая по вкусу клубнику и грушу. Срывать и есть кактусы нужно осторожно: если занозишь руку их мелкими колючками, потом такую занозу очень трудно вытащить.

Надо сказать, что кормили нас в монастыре очень вкусно. Сёстры такие мастерицы! Мясной пищи, понятно, не было, но была очень вкусная рыба; единственное, чего нам не хватало, так это нашего чёрного хлеба. И сёстры тоже по чёрному хлебушку скучают, всегда просят паломников его привезти или передать с другой группой.

Горний монастырь

Если осенью идёт дружная заготовка маслин, то весной все сёстры заготавливают траву-кисличку. В марте всё вокруг покрывается её нежной зеленью, и собирать её нетрудно — только наклонись. Эту траву добавляют в суп, она напоминает наш щавель.

…Так и протекали наши дни в молитве и трудах. Как уютно было нам в этой монастырской семье! Находясь в обители среди сестёр разного возраста, не чувствуешь, что ты — среди взрослых; напротив, словно ты… среди детей. Сказал же Господь: будьте как дети…

Паломники

Не помню ни одного месяца, чтобы в монастыре не было паломников; группы приезжают на 10 дней, одна группа сменяет другую; особенно много народу приезжает на Рождество и Пасху. И откуда только не едут — из Германии, Швейцарии, Англии… Много паломников из России, Украины, Белоруссии. Причём нельзя сказать, что всё это какие-то богачи. Нередко на Святую Землю приезжают самые обыкновенные наши соотечественники, для которых такая поездка стала возможна только потому, что им помогли добрые люди — лично им или приходу, организовавшему паломничество. Все без исключения расценивают такую поездку как дар Божий: «Господь помог!»

Если сравнивать наших русских паломников и иностранных, тоже православных верующих, я бы сказала, что в наших всё-таки больше строгости, благоговения к храму, к богослужению. Встретив группу иностранных паломников в городе, порой и не отличишь их от обычных туристов. И в храме они ведут себя вольнее: после службы могут выйти, закурить…

Из российских знаменитостей в тот год на Пасху в Горнем была Валентина Толкунова; мне сказали, что она приезжает сюда каждый год.

Святые места

Икона Благовещения

На Рождество мы были в Вифлееме, в той самой пещерке, где родился Христос. Сверху там греческий храм-базилика в честь Рождества Христова, а под ним — пещера, где были ясли, в которых лежал Богомладенец. Пещерка маленькая, народу набивается тьма…

Несколько раз были на Иордане. То место, где крестился Господь, находится на границе между Израилем и Иорданией; это военная зона, и доступ туда открыт для паломников только раз в год, в праздник Крещения. Ведут туда под конвоем, с вышек наблюдают люди с оружием…

На Крещение мы как раз там были. Стояла жара; Иерусалимский Патриарх служил молебен. Окунулись. Вода такая мутная… Набрали её в бутылки, а когда привезли домой, смотрим, она стала прозрачная, как слеза!

В Великую Субботу, когда в храме Гроба Господня сходит Благодатный огонь, пораньше отслужили у себя в монастыре литургию и кто как, небольшими группами пробирались в Иерусалимский храм, чтобы стать причастниками великого чуда. Народу было очень много, еле протиснулись. Поначалу стоишь и даже не можешь собраться с мыслями, не то что помолиться и осознать, какое великое событие предстоит. Всюду шум, гам, все переговариваются, арабская молодёжь пляшет, кричит… Но вот входит в кувуклию Патриарх, и шум понемногу стихает. И как-то тревожно становится на душе: а вдруг в этот раз Благодатный огонь не сойдёт? Есть предание, что в тот год, когда не сойдёт огонь, большие беды будут в мире… Но вот под куполом появляются световые волны, сполохи такие. И видишь, как из окошечка кувуклии подают зажжённые свечи. Мгновенно начинают гореть у всех в руках пучки свечей; и действительно, огонь поначалу не жжёт, а только греет. И ты понимаешь, что вот оно, чудо, — ниоткуда взялся этот огонь…

У греков с этого момента начинается Пасха. Они ликуют, поздравляют друг друга: «Христос анести!» А у нас ведь ещё продолжается Великая Суббота, Суббота покоя…

И ещё одно чудо происходит одновременно со схождением Благодатного огня: Гроб Господень покрывается дивно благоухающей росой…

За пределами обители

Если в Горней обители — такой русский уголок, с русскими лицами, русской речью, то, выйдя за пределы монастыря, попадаешь в совершенно непохожий на наш, непривычный, чуждый мир. В Иерусалиме говорят так: люди Хайфы (Хайфа — порт на севере Израиля) работают, люди Тель-Авива отдыхают, а Иерусалим молится. Очень многое в современном Иерусалиме напоминает библейскую историю.

Кого здесь только не увидишь, какой язык не услышишь! Одежда указывает на религиозную принадлежность её хозяина. Идёт католический монах в сутане; мусульманин в тюбетейке-таблетке на голове; еврейские раввины в строгих чёрных костюмах, белых рубахах, шляпах, с обязательными пейсами, отличающими и крохотных мальчуганов, принадлежащих к этой семье…

Я бы не сказала, что, идя по городу, чувствуешь себя в безопасности. Довольно часто у прохожих проверяют документы; много военных в форме, с оружием, в том числе девушек.

Обращает на себя внимание уважение к старшим со стороны молодёжи: в транспорте старшим непременно уступят место. В большом почёте дети; и в арабских, и в еврейских семьях детей много, и они не стесняются идти по городу всей большой семьёй…

Когда у евреев наступает время молитвы, даже если в этот момент они едут в транспорте, они достают свои книги, начинают вычитывать… Да, они в своей стране; но почему же мы, русские, у себя дома стесняемся даже перекреститься, проходя мимо храма?

Сестры обители

…Сёстры в Горненской обители очень дорожат своим пребыванием там. Они говорят так: каждый остаётся на Святой Земле ровно столько, сколько позволит Господь. Всякий раз, уезжая в отпуск в Россию, они не знают, вернутся ли обратно. Часто случается так, что по той или иной причине кто-то не возвращается: значит, срок пребывания на Святой Земле для этого человека закончился. Закончился он пока что и для меня. И только спустя время я осознала, какой великой милости удостоил меня Господь…

Из истории обители

Горненский женский монастырь находится в одном из живописнейших уголков на юге современного Иерусалима — в Эйн-Кареме (в пер. с арабского — Источник в винограднике). Приобретением этого участка Россия полностью обязана палестинскому труженику, подвижнику-одиночке — архимандриту Антонину (Капустину). Он был одним из любимых мест отца Антонина.

Осенью 1869 года архимандрит Антонин показывает Эйн-Карем Петру Петровичу Мельникову (члену Государственного совета, бывшему министром путей сообщения) и увлекает своей идеей приобрести здесь участок для России.

По возвращении в Петербург П.П. Мельников организовал Комитет по сбору необходимых для покупки средств. Значительные суммы пожертвовали владелец металлургических заводов в Санкт-Петербурге Путилов, владельцы известных гастрономов братья Елисеевы, а также К.Ф. фон Мекк — муж Надежды Филаретовны, друга и покровительницы П.И. Чайковского, О.Е. Путятина, Н.Г. Губонин, Н.И. Варшавский, Н.М. Журавлёв, А.В. Казаков, Д.М. Полежаев, С.С. Поляков, М.Г. Горбов, И.Д. Бусурин; посильную лепту внесли также простые русские богомольцы и паломники из России и, конечно же, сам Петр Петрович.

В это же время селение Эйн-Карем становится объектом широкой деятельности известного латинского миссионера Ратибсона, основателя известной обители Сестёр Сиона на улице Крестного пути в Иерусалиме. Католики приобретают здесь участки земли, строят свою часовню, школу для детей, монастырь «Magnificat». Ратибсон хотел купить и дом на участке, присмотренном отцом Антонином, но его хозяин, бывший драгоман Карл Джельяд, уступил его русскому миссионеру. Сделка готовилась в течение нескольких месяцев в полной секретности.

Почему Джельяд продаёт участок архимандриту Антонину, остаётся неизвестным: ведь в то же время католики предлагали Джельяду намного большую сумму. Архимандрит Киприан (Керн) в книге «Отец Антонин Капустин — архимандрит и начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме» объясняет действия Джельяда его конфликтом с Ратибсоном. Странны и обстоятельства смерти Джельяда на следующий день после оформления документов. Все были уверены, что отставного драгомана отравили католики: узкий клин францисканского монастыря оказался со всех сторон окружён владениями русского архимандрита. Народная молва приписывала это убийство католическому фанатизму.

Итак, участок становится русским, и отец Антонин называет это место «Горний град Иудов» — сокращённо «Горний, или Горнее». Поначалу службы в летний период совершались в специально устроенной палатке, а зимой, в сезон дождей, — в двухэтажном доме Миссии. Сюда по благословению Патриарха Иерусалимского и просьбе архимандрита Антонина приходил служить арабский священник. В этом прекрасном уголке на живописном склоне архимандрит Антонин сам выбирает место для небольшого храма, архитектурный план которого начертал тоже сам, а арабский подрядчик Джирьес за триста наполеондоров построил храм за два строительных сезона (1880–1881).

Отец Антонин задумывал, чтобы весь северный склон горы заселили русские паломницы, желающие до конца своих дней оставаться на Святой Земле. Поэтому при поступлении каждая насельница за определённую сумму, уплаченную Миссии, получала земельный надел и должна была на свои средства построить дом, все хозяйственные постройки, развести кругом дома садик (обязательно посадить кипарис, миндаль). Сестринская община росла и крепла, склон расцветал садами, отдавая дань тяжёлому кропотливому труду, любви и заботе.

У отца Антонина был свой домик в Горней, который он завещал своей любимой питомице Софье Константиновне Апостолиди — сироте, облагодетельствованной им.

панихида

Кроме того, в Горнем в то время существовало ещё 36 домов, в которых проживали насельницы женской монашеской общины. Со времени покупки земли до кончины отца Антонина было построено 43 домика с цистернами для воды и служебными пристройками. В самой верхней части монастырского владения была возведена сторожевая башня.

Первой Горненской настоятельницей была монахиня Валентина. При ней обитель достигает расцвета; в 1903 году создаются иконописные и золотошвейные мастерские. В конце XIX века число насельниц достигает двухсот. Во время Первой мировой войны с 1914 по 1918 год по требованию турецких властей (Турция воевала на стороне Германии) сёстры вместе с другими членами Русской Духовной Миссии были вынуждены выехать в Александрию, в Египет. Те, кто остался, терпели трудности и лишения, нанимаясь на тяжёлые работы по дроблению камня в 15 километрах от монастыря. Возвратившись в 1918 году в Горнюю, сёстры обнаружили, что монастырь практически разрушен. Под руководством старшей сестры монахини Тавифы были восстановлены храм, ризница и некоторые домики сестёр. С уходом русских зарубежных приходов из юрисдикции Московской Патриархии Горненский монастырь стал подчиняться Карловацкому Синоду. И только после образования государства Израиль обитель, как и всё имущество Русской Духовной Миссии, оказавшееся на его территории, была возвращена Матери-Церкви. В 1955 году по благословению Патриарха Алексия I в Горний была послана на послушание большая группа сестёр.

Так продолжается полуторавековая история Горненской обители и традиция её престольных праздников, а вместе с ними и история русского духовного присутствия на Святой Земле.