Великие «менеджеры» или палачи?



Сегодня в ходу обновлённые мифы о том, что коммунисты были «гениальными менеджерами» в противовес «бездарному царю». Печально, но подобные пропагандистские сказки нередко поддерживают люди, считающие себя православными, считающие себя объективными историками и государственниками. Повторяются лживые тезисы о «ленинской гениальности», когда объективно говорить можно лишь о ленинской хитрости, лживости и изуверской жестокости, которые и помогли ему прийти к власти. Как вообще возможно одновременно почитать ритуально убитую святую Царскую семью и её убийц? Как можно любить Церковь и Россию и любить тех, кто их уничтожал, кто сознательно истреблял христиан и планомерно готовил русским мясорубку гражданской войны?

Коль скоро нашим оппонентам так дорого представление о «великих управленческих талантах» большевиков, посмотрим на это самое «менеджерство» глазами информированных современников революции.

Многим известно, например, что в Россию в 1918 году приезжал масон Герберт Уэллс. По распоряжению высокоградусных «братьев» он готовил почву для признания большевиков правительством Великобритании и для этого написал полузабытую ныне книгу «Россия во мгле», где, разумеется, постарался как можно позитивнее обрисовать большевиков, настаивая на помощи им со стороны Лондона. Герберт Уэллс яростно критиковал противников коммунистов, ругал Православную Церковь. Но при этом даже он не мог удержаться от насмешек над утопизмом и невежеством большевицких вождей.


Герберт Уэллс писал: «…большевистское правительство — самое смелое и в то же время самое неопытное из всех правительств мира. В некоторых отношениях оно поразительно неумело и во многих вопросах совершенно несведуще <…> В наше время это самое бесхитростное правительство в мире <…> О его простодушии свидетельствует вопрос, который мне постоянно задавали в России: "Когда произойдёт социальная революция в Англии?". Меня спрашивали об этом Ленин, руководитель Северной коммуны Зиновьев, Зорин и многие другие». По словам Уэллса, «гениальный» вождь революции Ленин вполне искренне недоумевал, почему же «английский пролетариат» никак не восстанет против «власти капиталистов». Уэллс пишет, что таких же взглядов придерживалось большинство верхушки ленинской партии, из-за чего оно постоянно впадало в дорогие и очень глупые авантюры: «Одно из самых забавных проявлений этого своеобразного образа мыслей — частые нагоняи, которые получает из Москвы по радио рабочее движение Запада за то, что оно ведёт себя не так, как предсказал Маркс <…> Досадуя на то, что западный пролетариат всё ещё не переходит к решительным действиям, Зиновьев в сопровождении Бела Куна <…> и ряда других ведущих коммунистов поехал в Баку поднимать пролетариат Азии. Они отправились воодушевлять классово сознательных пролетариев Персии и Туркестана. В юртах прикаспийских степей они искали фабричных рабочих и обитателей городских трущоб. В Баку был созван съезд — ошеломляющий калейдоскоп людей с белой, чёрной, жёлтой и коричневой кожей, азиатских одежд и необыкновенного оружия. Это многолюдное сборище поклялось в неугасимой ненависти к капитализму и британскому империализму. <…> Я приложил все усилия, чтобы выяснить у Зиновьева и Зорина, чего, по их мнению, они добивались на бакинском съезде. И, по правде говоря, я не думаю, чтоб это было вполне понятно им самим...»


Уэллс со смехом и досадой описывает ситуацию срыва ряда его встреч с большевицкими лидерами, вызванную их неумением наладить даже работу своего собственного секретариата, и другие подобные случаи. И это неудивительно! Ведь советскую Россию возглавили лица, никогда не работавшие в сфере государственного управления, и вообще нигде не работавшие. От имени русского пролетариата страной стали управлять дворянин Ленин–Бланк и буржуа Троцкий–Бронштейн. Эти лица, имеющие совсем не пролетарское происхождение, проведшие значительную часть жизни за границей, умели управлять только группировками антигосударственных террористов и пропагандистов-демагогов.

Сам Ленин, судя по всему, действительно был фанатичным сторонником утопических идей Маркса и Энгельса, а Троцкий был вполне продвинутым оккультистом. По собственному признанию Троцкого, сделанному в его автобиографии, самой первой написанной им книгой была книга о франкмасонстве: он очень сокрушался, что потерял её рукопись в процессе тюремного этапирования. Руководимая этими двумя вождями «большевицкая масса» состояла из невежественных революционных фанатиков и уголовников. Анкетирование большевиков в 1920 году показало, что лишь 5 % из них имели высшее образование и 8% — среднее. Три процента анкетированных большевиков вообще были неграмотны, а остальные (84 %) имели «низшее», а также различные виды внешкольного образования, то есть огромное большинство большевиков умели лишь кое-как читать и писать, знали азы арифметики — и не более того; однако при этом они заняли руководящие посты…

Только в головах фанатичных утопистов могла родиться сумасшедшая идея полной отмены денег в России, и только безумные могли сделать попытку воплотить её в жизнь, да ещё в условиях гражданской войны, когда это грозило гибелью даже им самим.


Доктор исторических наук Владимир Юхновский писал: «В начале января 1918 года по приказу Ленина соображавшие кое-что в финансах его “соратники” Ногин и Сокольников формируют в недрах Наркомфина группу, которая должна подготовить Декрет о полной отмене денежного обращения в стране и о замене его “неденежной трудовой единицей” — тредом. В составе первого большевистского правительства, сформированного 26 октября (8 ноября), на пост наркомфина был назначен журналист “Правды” И. И. Скворцов».


Требование отмены денег содержалось и в поддержанной «гениальным» Лениным резолюции III съезда BСHX. Двадцать пятого марта 1920 года было разрешено бесплатно пользоваться почтой, телеграфом, радиотелеграфом и телефоном советским учреждениям, предприятиям и хозяйствам. Третий этап отмены денег был связан с попыткой уничтожить их роль среди массы гражданского населения. Четвёртого декабря был издан Декрет СНК «О бесплатном отпуске населению продовольственных продуктов», а 17 декабря — «О бесплатном отпуске населению предметов широкого потребления». Право на бесплатное получение продовольственных и промышленных товаров предоставлялось в Москве и Петрограде всему населению, а в остальных местностях РСФСР — «трудовому» населению (рабочим, совслужащим). Было введено бесплатное пользование почтой, телеграфом, телефоном и радиотелеграфом. Двадцать седьмого января 1921 года была отменена оплата жилых помещений, пользования водопроводом, канализацией, газом, электричеством, городским транспортом, прачечными, починочными мастерскими и общественными банями, а с 5 февраля в аптеках стали бесплатно отпускаться лекарства по рецептам врачей. С 23 марта 1921 года бесплатными стали также все произведения печати (книги, газеты, журналы, брошюры, портреты вождей). «И вот тысячелетние устои товарного строя рушатся, как карточный домик, — писал начальник отдела финансовой политики Высшего совета народного хозяйства страны (ВСНХ) Юрий Ларин (наст. имя — Ихи́л-Михл За́лманович Лурье). — Наши дети, выросши, будут знакомы с деньгами уже только по воспоминаниям, а наши внуки узнают о них только по цветным картинкам в учебниках истории». Как известно, слова этого «гениального» большевицкого «менеджера» сбылись с точностью до наоборот. Вместе с тем к 1920 году рыночные отношения официально считались почти изжитыми. Газета ВСНХ «Народное хозяйство» с гордостью заявляла: «В настоящее время в Советской России система безденежных расчётов является первым шагом по пути отмены денежного обращения вообще».

Дабы обеспечить подобные безумные прожекты, коммунисты в процессе продразвёрстки силой отбирали у крестьян продукты их труда, конфисковывали огромные ценности у предпринимателей и у Церкви, вешали и расстреливали непокорных. Но всё равно экономика страны агонизировала в результате столь «гениального» управления Ленина. Конечно, этими сумасшедшими затеями большевицкие утописты сами рубили сук, на котором они сидели. И «вождю мирового пролетариата» пришлось в конце концов ввести нэп, то есть вернуться к нормальному жизнеустройству. В этом тоже видят его «гениальность», хотя Ленин всего лишь вынужденно отступил, видя, что теряет власть, которую он всё-таки любил больше марксистских утопий.

Большевики провели частичную деиндустриализацию России своим террором, гражданской войной и безумными «реформами». Не будь этого, Россия, без сомнения, намного быстрее достигла бы технических высот. Среднегодовые темпы роста российской экономики на протяжении четверти века превышали развитие всех других развитых стран: 8 % в 1889–1899 годах и 6,25 % в 1900–1913 годах (снижение объясняется войной с Японией и попыткой «первой революции», то есть разрушительной работой большевиков и им подобных террористов). При этом успешно развивалось не только сельское хозяйство, металлургия, нефтяная, лесная отрасли, но и самые передовые: химия, электротехника, машиностроение (с 1909 по 1913 год производство двигателей внутреннего сгорания выросло на 283,5 %), авиастроение, включавшее самые мощные в тогдашнем мире самолёты «Витязь» и «Илья Муромец», сработанные гениальным конструктором И. И. Сикорским. В результате большевицкого переворота глубоко воцерковлённый православный человек Сикорский был вынужден эмигрировать, как и, например, Владимир Зворыкин — великий учёный, которого называют «отцом телевидения». Подобным образом сложилась судьба многих тысяч других русских учёных, изобретения которых стали служить иным государствам. А вменяемые в заслугу большевикам достижения были по большей части запланированы ещё царскими инженерами и отложены в результате войны и разрухи. Например, план ГОЭЛРО и проект строительства Московского метрополитена были написаны до революции.

Можно долго перечислять сумасбродные прожекты большевиков с их марксистскими догматами, которые шли во вред не только России, но и им самим. Однако тогда встаёт вопрос о том, как же большевики сумели удержать власть. В головы советских людей десятилетиями вдалбливалась мысль о том, что против советской России сразу же была организована чудовищная военная интервенция полутора десятков государств, которые стремились изничтожить «первое государство рабочих и крестьян». И эту самую смертоносную интервенцию якобы удалось отбить только благодаря «гениальному Ленину» и «самоотверженности пролетариата». Но в том-то и дело, что с самого начала большевикам помогали прийти к власти западные олигархические кланы и западные правительства, а потом они же помогали красным удержаться у власти. Наступление эпохи «диктатуры пролетариата» в России финансировали западные капиталисты. Политики «империалистических государств» помогали своим якобы «классовым врагам». Правительственные круги Германии организовали «пломбированный вагон» в Россию для банды Ленина, а президент США — пароход для дружественной им банды Троцкого. И после прихода к власти большевиков западные правительства только делали вид, что борются с ними, для успокоения общественного мнения внутри своих стран. «Интервенции» как настоящей войны западных государств против советской России не было — была защита этими странами своих интересов на определённых участках российской территории.


Известный общественный деятель и публицист Михаил Назаров, цитируя западных лидеров, отмечал следующие важные вещи: «Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж писал: "Мы сделали всё возможное, чтобы поддерживать дружеские дипломатические отношения с большевиками, и мы признали, что они де-факто являются правителями. Мы не собирались свергнуть большевицкое правительство в Москве". Президент США Вильсон "считал, что всякая попытка интервенции в России без согласия советского правительства превратится в движение для свержения советского правительства ради реставрации царизма. Никто из нас не имел ни малейшего желания реставрировать в России царизм…". Только на этом фоне становятся понятны переговоры правительств Антанты с незаконной властью большевиков (что резко противоречило декларируемой ими идее "санитарного кордона" от большевизма) на целой серии международных конференций 1921–1922 гг.: в Каннах, Генуе, Гааге, Лозанне, — которые вскоре привели к дипломатическому признанию коммунистического режима главными европейскими странами. Последовавший в России "нэп" с раздачей большевиками богатейших концессий олигархам из западных держав тоже понятен только в свете признаний Ллойда Джорджа и Вильсона о поддержке большевизма…»


Абсолютно несостоятелен и коммунистический миф о том, что «большевики выражали чаяния народных масс» и поэтому, дескать, удержались у власти. Вообще, большевицкие и либеральные мифы о том, что «простой народ — кузнец мировой истории», умиляют. С таким же успехом мы сейчас можем сказать, что современная киевская хунта победила потому, что её «поддержал народ». Ведь на всех майданах скакало всего несколько процентов населения Украины, а президент Янукович имел в феврале 2014 года рейтинг выше, чем все лидеры оппозиции, вместе взятой, причём основная часть народа, согласно соцопросам, выступала за союз с Россией, а не с Западом. Очевидно, что в 2014 году в Киеве был совершён переворот при поддержке западных держав; путчисты захватили правительственные здания, казну, арсеналы, а крупнейшие украинские СМИ и так давно были под их контролем. Благодаря этим ресурсам киевские путчисты смогли потом подавить сопротивление неорганизованных народных масс на большей части территории Украины. Народное восстание против хунты смогло победить только в Крыму и на Донбассе, где его поддержала Россия. Это закономерно, потому что против государственной машины может бороться только другая машина. Сегодня весь народ Украины ненавидит режим Порошенко неизмеримо больше, чем Януковича, но сделать ничего не может: без организации, без больших денег и оружия новому майдану не быть, сколь бы значительным ни было недовольство народа.

Против большевиков, поддержанных сильнейшими государствами мира, после разгрома белых армий народ тоже ничего сделать не мог, хотя восставал против них постоянно. Бóльшую часть существования СССР «рабоче-крестьянская власть» подавляла множественные восстания недовольных рабочих и крестьян. Ленин как «выразитель чаяний трудящихся» артиллерией и химическим оружием подавлял крестьян Тамбовщины и рабочих Кронштадта; Сталин отстреливал и ссылал восставших против коллективизации крестьян и казаков Дона, Кубани, Украины; Хрущёв расстреливал восставших рабочих Новочеркасска. Общее количество восстаний простых людей против «диктатуры пролетариата» огромно, как и число тех, кого «пролетарские диктаторы» за это убили или убили просто так… Даже по весьма заниженным данным историка Земскова, в 1937 году «народная власть» ежедневно казнила больше людей, чем «кровавый царский режим» казнил за весь XIX век!

И вы по-прежнему считаете, что без развязанной большевиками бойни гражданской войны и чудовищных репрессий не было бы технического прогресса и всеобщей грамотности? Почему же другие страны прошли этот путь без кровавых расстрелов и лживых лозунгов на кроваво-красном кумаче, без «гениальных менеджеров» государственного террора и безбожия?


(Продолжение следует...)

Читайте также: