Безмолвный крик


«Аборт», «искусственное прерывание беременности» — что стоит за этими словами?

Современные люди выучились страшные, жуткие по своей сути вещи называть гладкими, обтекаемыми словами и этим как бы скрывать, прятать от себя их суть.

Представьте себе выражение: «искусственное прерывание деятельности сердца» — что может означать такое выражение?

Какой-нибудь бандит зарезал человека, нож ему в сердце воткнул — и сидит на скамье подсудимых. Ему говорят: «Что же ты наделал? Ты же человека убил!» А он отвечает: «Нет, я не убивал. Это я просто искусственно прервал деятельность его сердца...» Ему говорят: «Но он же умер!..» А он говорит: «Да, умер. Ну так что ж? Я не видел иного выхода; когда бы он остался жить — он бы мне мешал жить...»

Один из героев Ф.М. Достоевского говорил, что если для создания рая на земле потребуется всего одна слезинка невинного младенца — всего одна слезинка! — уже и тогда ему не нужен будет такой рай. И он был прав, потому что это будет уже не рай. Невозможно построить рай, собственное счастье, довольство и благополучие на чьих-то слезах, страдании, на чьем-то горе... А тут ведь даже не о «слезинках» речь идет — о кровинках. И находятся наивные женщины (и такие же мужчины), думающие быть счастливыми в дальнейшей своей жизни, после того, как они по обоюдному согласию убьют свое дитя, дабы не мешал их счастью... Родные, не получится уже дальше «быть счастливыми». Не найдет ни счастья, ни покоя душа, пытающаяся обрести это счастье ценою греха, тем более такого страшного греха, как убийство, тем более — детоубийства!

Отдерни, сбрось пелену обтекаемых слов и всмотрись в жуткую суть того, что происходит. Кто убивает! И — кого убивает! В животном мире убийство — вещь распространенная. Но «звери, — верно подмечает известный московский священник протоиерей Димитрий Смирнов, — обычно убивают не себе подобных, а других: медведь задирает кабана, олень может пригвоздить волка к сосне, а вот ворон ворону глаза не выклюет». А тут мать убивает свое дитя! Люди, выходит, хуже зверей! Звери своих детенышей защищают, оберегают. А женщина — убивает!

Иные женщины, правда, совершают этот грех, «не ведая, что творят». Они полагают, что покуда ребенок не родился, он еще и не человек в собственном смысле слова, а только часть их тела, а своим телом каждый может распоряжаться как хочет. Такие идут на аборт с той же легкостью, как удалять зуб или вырывать гланды. Но это трагическое заблуждение, которое и для них самих рано или поздно обязательно рассеивается, и тогда вся дальнейшая жизнь их становится драмой.

Когда же в действительности начинается человеческая жизнь?

Во Франции жизнь ребенка начинает защищаться государственными законами через 10 недель после зачатия, в Дании — после 12 недель, в Швеции — после 20, во многих странах жизнь юридически защищена только после рождения. Лауреат Нобелевской премии доктор Джеймс Уотсон предложил охранять жизнь ребенка через три дня после рождения... Когда же в действительности начинается человеческая жизнь? Кому верить: французам, датчанам, шведам или Джеймсу Уотсону? Или, может быть, французские дети начинают быть людьми через 10 педель после зачатия, маленькие датчане — через 12 недель, шведы — через 20 недель, а дитя Джеймса Уотсона сделается человеком только через три дня после рождения?..

Совершенно очевидно, что здесь надо прислушиваться не к мнениям лиц разной национальности и сомнительной компетентности, а к двум авторитетным мнениям: мнению Церкви и мнению ученых. Эти два мнения говорят одно: жизнь человека начинается тотчас после зачатия.

Церковные каноны всегда защищали человеческое существо уже в материнском лоне: «Умышленно погубившая зачатый в утробе плод подлежит осуждению, как за убийство», — пишет святитель Василий Великий (канон 2-й). О возрасте плода, как видим, нет ни слова: безразлично когда зачатый — хоть 10 недель назад, хоть вчера, хоть час назад, хоть минуту. В этом единомысленны все святые отцы, высказывавшие свои мнения по этому предмету. Назовем среди них кроме святителя Василия Великого еще таких столпов Православия, как святитель Григорий Богослов, святитель Иоанн Златоуст, святой Ефрем Сирин, преподобный Максим Исповедник.

С церковной точки зрения, человеческая жизнь начинается не рождением и кончается не смертью. Этими двумя вехами ограничивается лишь один из этапов человеческой жизни. Этому этапу предшествует внутриутробная жизнь, за этим этапом следует загробная жизнь.

Что же говорят о начале человеческой жизни ученые? Сегодня и они соглашаются с мнением Божиим, выраженным в церковных канонах. Сегодня это уже бесспорно установленный научный факт: человеческая жизнь начинается в тот самый момент, когда встречаются и соединяются две половые клетки — мужская и женская — ив результате этого соединения образуется одна клетка. И вот в этой одной микроскопически маленькой клеточке заложено уже все будущее человека: его пол, группа крови, даже цвет глаз и волос — все это в данной клеточке есть и в дальнейшем будет только развиваться и выявляться. Все, что необходимо для образования из этой маленькой клеточки взрослого человека, — это пища, кислород и время. Это все. Каждая такая клеточка-зародыш есть уже уникальный и неповторимый человек. Другого такого еще никогда не было в мировой истории; и сколько бы веков или тысячелетий эта история еще ни продолжалась, другого такого уже никогда не будет.

Самое быстрое развитие и бурный рост ребенка совершается сразу после имплантации (внедрения) зародыша в стенку матки.

Ученые подсчитали, что если бы рост и развитие ребенка во все время беременности протекали так интенсивно, как в первые 7 недель, к моменту рождения вес новорожденного составлял бы 14 тонн — это вес двух слонов...

В 10 — 11 недель (к середине третьего месяца беременности) все системы органов человеческого организма полностью сформированы. С этого времени во Франции жизнь ребенка охраняется законом. Законы других стран разрешают убивать этого уже сформировавшегося человечка. Почему? На том основании, что он хотя и сформировался, но не успел еще окончательно развиться?.. Но развиваться он будет и после появления на свет — еще ни много ни мало 12 — 14 лет. Если можно убивать по этой причине — недостаточной развитости, — тогда вместе с внутриутробными младенцами давайте разрешим убивать и всех детей до окончания подросткового возраста. Или введем градацию в Уголовный кодекс: за убийство трехлетнего ребенка давать меньший срок, чем за убийство десятилетнего, — ибо тот менее развит... Дикость? А это не дикость: за убийство новорожденного младенца — в тюрьму, а за убийство внутриутробного младенца — оплачиваемый больничный?

В одном американском журнале рассказывалось о женщине, родившей 5-месячного ребенка и умолявшей врачей спасти ему жизнь. Вся больница была поставлена на ноги, чтобы ребенок выжил. Для спасения работали самые опытные врачи, были выделены большие денежные средства... И в этой же больнице, в тот же день и час — только в другой комнате, — другая женщина абортирует своего 5-месячного ребенка. Это не дикость — в одной комнате 5-месячный ребенок воспринимается как человек, а в соседней комнате такой же 5-месячный ребенок расценивается как кусок мяса. Как это назвать?

«Люди, которые приступают к убиению во чреве своих детей, похожи на Ирода, который уничтожил 14 тысяч младенцев, чтобы никто не смог помешать ему в жизни», — пишет митрополит Мелетий. И добавляет: «Они хуже Ирода, так как эти младенцы по крайней мере не были его собственными детьми». Этот поступок Ирода — убиение 14 тысяч невинных младенцев — на все времена сделался символом вопиющего бездушия и жестокости. Россияне, мы с вами уже почти догнали Ирода: он убил в день 14 тысяч младенцев, мы сегодня убиваем ежедневно около 13 тысяч. Но у него был всего один такой день в жизни — у нас каждый день такой...

Что же происходит во время «мероприятия», именуемого «искусственным прерыванием беременности»?

Есть разные методы этого «прерывания». На ранних стадиях беременности обычно прибегают к так называемой «вакуум-аспирации» — еще гладкое словцо. А вся неприглядная и варварская суть этого метода заключается в том, что, как пылесосом высасывают мусор из ковра, так же и младенца высасывают из материнского лона. В матку женщины вводится пластмассовая трубка с острыми краями. Тело ребенка разрезается на части и отсасывается наружу в специальную емкость.

Если беременность более поздняя, в матку вводится кюретка — острый нож в форме петли. Этим ножом выскабливается полость матки, им же при этом разрезается ребенок.

После 12 недель беременности становится необходим еще один инструмент, подобный щипцам, — так как у ребенка уже есть ручки, ножки и начали кальцинироваться кости. Этим инструментом врач захватывает ручку, или ножку, или другую часть тела ребенка и скручивающим движением отрывает ее. Это повторяется снова и снова до тех пор, пока весь ребенок не будет расчленен таким образом на части. Позвоночник должен быть сломан, а череп раздроблен, чтобы их можно было удалить. В обязанность медсестры входит собрать после опорожнения матки все части этого расчлененного тельца, дабы убедиться, что все извлечено и там ничего не осталось. Далее эти части отправляются в мусорное ведро либо используются как сырье для косметической промышленности. Милые женщины, знаете ли вы о том, что, намазываясь некоторыми кремами, вы в буквальном смысле слова намазываетесь телами убитых вами детей?..

Ужас происходящего усугубляется еще тем фактом, что нерожденный ребенок чувствует боль так же, как и рожденный. Это сегодня уже также общепризнанно и научно установлено. Уже 7-недельный малыш отдергивает или отворачивает голову от болевого стимула так же, как и на всех других стадиях жизни.

Американский доктор Бернард Натансон снял фильм, включающий в себя ультразвуковое изображение того, что происходит в матке женщины с 12-недельным ребенком во время проведения аборта вышеописанным методом «вакуум-аспирации». На экране отчетливо видно, как ребенок раз за разом пытается увернуться от вакуум-отсоса, быстро и тревожно двигается. Частота его сердцебиения при этом удваивается. Наконец, когда тело пойманного ребеночка расчленяется, его рот широко раскрывается в беззвучном крике — отсюда название фильма: «Безмолвный крик». Никакого обезболивания для плода при аборте не предусмотрено.

Мамочки, идущие убивать своих детей, знайте: им будет очень больно, и они спросят вас там, за гробом: «Мама, зачем же ты со мной так обошлась?» Что вы ответите?

Болевые ощущения достигают кульминации, когда в качестве метода для аборта выбирается «солевой аминоцентез». За этим гладким выражением скрывается следующее: через брюшную стенку матери в околоплодные воды ребенка вводится большая игла. Через нее подается концентрированный раствор соли. Ребенок глотает этот раствор, дышит им, обжигается им и начинает биться в конвульсиях, испытывая нестерпимую боль. Если не происходит осложнений, на следующий день мать рожает мертвого ребенка. Детей, абортируемых этим способом, иногда называют «леденцовыми детьми». Дело в том, что соль, как известно, имеет разъедающее действие. Нежная кожица ребенка в результате такого действия на нее соли отслаивается, и под ней обнаруживается рыхлая красная блестящая подкожная ткань, похожая на глазурь — отсюда и название.

Я описал не все виды абортов, но полагаю, что хватит и этих ужасов.

На одной феминистской демонстрации за легализацию абортов женщины скандировали: «Все законы прочь от нашего тела!» Эти женщины, очевидно, считают, что аборт является их сугубо личным делом, а в такие дела никто не вправе вмешиваться. Таким женщинам нужно сказать: нет, аборт не является вашим личным делом. Это дело было бы Вашим личным, если бы касалось только вашей личности. Но оно касается еще и другой личности — личности вашего ребенка... Представьте себе, что на вас напал бандит и хочет убить. Подбегает милиционер, пытается защитить вас, а тот ему говорит «А ну отлезь! Убивать ее или не убивать, это мое личное дело. Ты не вправе вмешиваться в мои личные дела». Станете ли вы вслед за бандитом уговаривать милиционера отойти и не вмешиваться?.. Почему же, когда убивают вас, вы взываете о помощи и признаете необходимость государственных законов, защищающих вашу жизнь, а когда убиваете вы — «все законы прочь» и «никто не вправе вмешиваться»?.. Вашу жизнь защищать надо, а жизнь беззащитного младенчика защищать не надо? Надо защищать и его жизнь!

Есть люди, считающие, что аборт все же нельзя приравнивать к обычному убийству, ибо внутриутробный младенчик никакая еще не «личность», а даже и не жизнеспособен.

Личность или не личность — это, конечно, вопрос веры, решаемый в зависимости от общефилософских и религиозных убеждений человека. Для атеиста и материалиста — впрямь не личность. Но при материалистическом расплывчатом понимании личности вообще трудно выяснить, когда человек ею становится — иной становится в 5 лет, иной в 25, а иной и всю жизнь проживет, да так и не станет... Христианская вера отвечает на данный вопрос однозначно: бесспорно, личность! Как же не личность, когда у этого внутриутробного младенчика уже есть своя индивидуальная и бессмертная душа?! Да, мамочка, — бессмертная душа ! Которую, в отличие от тельца, ты ни расчленить, ни убить не властна. И которая будет предстоять на Страшном Суде перед Всевышним рядом с твоей, тоже бессмертной, душой. «Кто умер во чреве матери и не вступил в жизнь, того (Судия) сделает совершеннолетним в то же мгновение, в которое возвратит жизнь мертвецам (во всеобщем Воскресении)... Не видавшие здесь друг друга увидятся там, и матерь узнает, что это — ея сын, и сын узнает, что это — его матерь...» (Св. Ефрем Сирин. О страхе Божием и о последнем суде. Изд.1900г., ч. 4, с. 105). Может быть, только тогда эта горе-мама вполне поймет весь ужас ею содеянного. «Любодейце, которая извела зачатый ею во чреве плод, чтоб не видел он здешнего мира, не даст Он (Судия) увидеть новый век, — пишет далее преподобный Ефрем Сирин. — Как она не дозволила ему (своему ребенку) насладиться жизнию и светом в этом веке, так и Он (Бог) лишит ее жизни и света в оном веке. Поелику решилась она извергнуть плод свой из чрева преждевременно, чтобы сокрыть его во мраке земли, то и она, как мертвый плод чрева, извергнута будет во тьму кромешнюю. Таково воздаяние любодеям и любодейцам, которые посягают на жизнь детей своих».

Огнем, обжигающим душу (но и озаряющим ее), влились в меня слова уже упомянутого протоиерея Димитрия Смирнова: «В чем причина тех трудностей, которые мы как народ сейчас испытываем? Почему самая богатая в мире страна находится почти на грани нищеты? Горбачев, Сталин или Ленин виноваты? Нет, это наказание Божие. Земля уже не выдерживает тех ужасных беззаконий, которые на ней творятся. Сейчас много говорят о возрождении России. С чего его начинать? Для того чтобы начать возрождать экономику, культуру, нравственность, надо перестать совершать самые страшные грехи. Страшнее детоубийства нет ничего. Мы должны перестать убивать своих детей!.. Люди рассчитывают так: одного рожу, а семь прикончу и буду жить лучше. Потому что если бы я родил восемь детей, у меня было бы в восемь раз меньше еды и одежды. На деле выходит иначе. Кровь убитых младенцев падает на весь род убийцы. Дитя рождается, а над ним уже тяготеет преступление родителей, и от этого греха дети обычно становятся неуправляемыми. Поэтому с тем одним, которого оставили в живых, в семье намучаются больше, чем намучились бы с восемью... И причина не в плохом воспитании. Обычно ведь родители вообще не воспитывают детей. Ребенок формируется под влиянием своего окружения. Раньше люди были нравственно более здоровы, а кто окружает ребенка сейчас? Отец и мать — убийцы братика, сестренки. Приходит в гости тетя — тетя тоже убийца. Есть бабушка — и бабушка убийца. Все убийцы. Какие вырастут дети?..»

«Растет преступность!» — плачем мы. Да как же ей не расти, когда самые главные и самые страшные преступники — мы, родители, сделавшиеся почти все поголовно убийцами?! Наши дети продолжают то, что начато нами.

Еще удивительно точные слова отца Димитрия: «Страшно даже не только убийство само по себе, а то, что оно стало обычным делом, к которому все привыкли... Страшно то, что некогда Святая Русь превратилась в страну убийц, к тому же убийц, не сознающих, что они творят».

На эти же темы размышляет и священник Артемий Владимиров: «Многие из наших соотечественников с болью видят, что с Русской землей, нашим возлюбленным Отечеством, совершается нечто трагическое. Целостная некогда Родина распадается на разрозненные и, что всего страшнее, враждебно друг к другу относящиеся части. Всматриваясь в причины этого распада, мы осознаем: потеряна вера, потеряна культура, потеряно экономическое единство. А мне пришло на ум недавно, что все совершающееся ныне с нами есть праведное воздаяние Божие... Если вдуматься, становится очевидным; то, что сейчас на нашей земле ежедневно совершается по нескольку тысяч убиений утробных младенцев и расчленяется ножом убийц младенческое тельце, еще не успевшее явиться на свет Божий, и является главной причиной всех и всяческих внешних распадов, трагедий и того смутного времени, которое мы переживаем. Безмолвный крик каждого такого младенчика восходит на небеса и вопиет об отмщении за злодеяние... которое ныне совершается и не вызывает ни у кого ни чувства отвращения, ни стыда, ни покаяния».

Вот он, ответ на этот мучительный вопрос, терзающий последние годы многие русские православные души: почему мы теперь, с Богом, зажили хуже, чем тогда, без Бога?

Потому что теперь, когда отверсты двери тысяч храмов, к этим дверям струятся лишь тоненькие ручейки из моря русского народа. А реки из этого моря текут к иным дверям: к дверям ресторанов, баров, казино, дискотек, секс-шопов, к дверям абортариев... Если так будет продолжаться и далее — от моря русского народа скоро останется лужа. Если русские люди будут продолжать вымирать и далее теми же темпами, как начали вымирать с 1992 года, в XXI веке они станут нацменьшинством в своей собственной стране... Мы теперь, когда можно открыто и безбоязненно жить с Богом, зажили еще более безбожно, чем в «безбожные» времена. Удивляться надо не тому, что жить стало хуже, а тому, что мы еще вообще живы — при всех-то наших «программах полового воспитания в школе», алкоголизме, гомосексуализме, лесбийской любви, проституции, наркомании, токсикомании и прочих мерзостях, из которых наимерзостнейшая, конечно же, массовая бойня собственных наших не успевших родиться детей... И при всем этом — еще живы! Вот чему следует изумляться безмерно: долготерпению Божию!

Женщина — источник жизни. Когда она беременеет — что бы там ни говорили ей «умные люди» о «скоплении клеток» или «комочке», какими бы доводами рассудка она сама себя ни уговаривала, — душа ее твердо знает (и в подсознании это четко отпечатано), что в ее теле растет ребенок. Если она изменяет своему призванию и принимает решение прервать эту зародившуюся в ней жизнь, это оскверняет основу основ ее женской природы. Она из источника жизни становится вместилищем смерти, вместо детородительницы делается детоубийцей. Такое надругательство над своей природой безнаказанно для нее пройти не может.

Русские женщины, когда ваших детей убивали в Афганистане, вашему возмущению не было предела. И это хорошо. Это прекрасно! Надо возмущаться несправедливости, насилию и злу, где бы они ни встречались. Но там все-таки гибли ежедневно единицы, десятки, много — сотни людей. А здесь гибнут ежедневно около 13 тысяч — целая дивизия! — гибнут в зверских мучениях, не снившихся никаким «душманам»; гибнут самые беззащитные, не способные даже позвать на помощь... А с нашей стороны в ответ на эти вопиющие проявления несправедливости, насилия и зла — гробовое молчание, за исключением редких протестующих голосов-Люди русские! И мужчины, и женщины! Родные! Всем нам надо прозреть и понять, что на территории нашего родного Отечества идет необъявленная война: на одной стороне воюют взрослые, на другой — их не успевшие родиться дети. Эта война имеет ту особенность, что в ней нет и не может быть выигравшей стороны. Дети гибнут сразу и очевидно — массово, без всякого сопротивления. Взрослые отделываются поначалу ранениями — но лишь поначалу. После первых «военных удач» их ожидает гнетущий поствоенный синдром, превращающий их в душевных (а часто и физических) калек... Люди русские, зачем нам эта война без победителей? Родные! Заключим скорее мир с Господом и нашими детьми — перестанем Первого прогневлять, а последних убивать. К двум призывам — «Опомнитесь!» и «Очнитесь!» — хочется добавить еще один: «Покайтесь!»

«По-человечески говоря, сей грех простить невозможно, — справедливо говорит отец Артемий Владимиров. — И лишь Господь, Которого мы пригвоздили ко кресту нашими грехами, множественными и страшными, лишь единый Господь, будучи не только человеком, но и Всемогущим Богом, силен Своею собственной живоносной Кровью омыть этот страшный — пожалуй, самый страшный — грех человеческий».

«Кто умер во чреве матери и не вступил в жизнь, того (Судия) сделает совершеннолетним в то же мгновение, в которое возвратит жизнь мертвецам (во всеобщем Воскресении)... Не видавшие здесь друг друга увидятся там, и матерь узнает, что это — ея сын, и сын узнает, что это — его матерь...»

Читайте также: