Автоэкспедиция «Кавказ неизвестный»



— На машине по всему Кавказу, да ещё и с маленькими детьми? — знакомые недоумевали и даже пытались отговаривать. — Вы с ума, что ли, сошли? Там же одни ваххабиты и терроризм…

Что мы сегодня знаем о Кавказе? В новостных сюжетах СМИ сообщают лишь о контртеррористических операциях и криминальных скандалах. В сознании многих Кавказ до сих пор ассоциируется с «горячей» точкой, очагом бандитизма и радикального ислама. Но так ли это на самом деле?


АВТОЭКСПЕДИЦИЯ «КАВКАЗ НЕИЗВЕСТНЫЙ»

Путешествие по Северному Кавказу глазами журналистов, священнослужителей и детей


Идею этой рискованной автоэкспедиции подсказал епископ Махачкалинский и Грозненский Варлаам. Во время встречи с президентом фонда «Православные инициативы» Оксаной Тихомировой глава Махачкалинской епархии предложил нам, журналистам, самим проехать по всему Кавказу, увидеть древнейшие на территории России христианские храмы, повстречаться с лидерами ислама и иудаизма, своими глазами увидеть реальную жизнь кавказских народов.

— Важно показать людям, что христианство на Кавказе имеет очень древние корни, что и сегодня здесь живут наши братья и сёстры, в храмах совершаются богослужения. Православные, как и прежде, бок о бок сосуществуют с мусульманами и иудеями — и нет между нами тех конфликтов, о которых часто приходится слышать в других регионах. Вы сами должны увидеть наши памятники, историю и культуру, наших людей, и тогда, возможно, вы по-новому откроете Кавказ и для себя, и для ваших читателей, — выразил надежду глава Махачкалинской епархии.

Ещё несколько месяцев назад мы и сами не очень-то верили в возможность столь масштабной экспедиции. Особенно пугали три «Д»: дорого, долго, далеко. Но после того как наш проект неожиданно победил в конкурсе Фонда президентских грантов, отступать было некуда. Только вперёд!


Планировалось, что первая экспедиция займёт всего 20 дней и расстояние будет в пределах пяти тысяч километров. В итоге экстремальное путешествие по Кавказу заняло целый месяц, и за 30 дней мы преодолели почти 8000 км!


Мы стартовали из Москвы 21 сентября, в день Рождества Богородицы. Два экипажа (шесть человек, включая двоих маленьких детей) на двух далеко не новых автомобилях. Нам предстояло взглянуть на Кавказ с необычного ракурса — глазами не только журналистов, но и родителей с детьми.


Неизвестный Дагестан

Три дня в пути — и мы в Махачкале. Исследования решили начать с Дагестана — самой отдалённой, самой большой по территории и самой для нас непонятной республики Северного Кавказа.

Именно в отношении Дагестана в обществе бытует множество чудовищных стереотипов: страшный регион «05», в котором население сплошь или боксёры, или бандиты; исламская республика, где только минареты и мечети, а женщины все укутаны в паранджу; и, конечно, кругом сплошной ИГИЛ, ваххабиты и чуть ли ни ежедневные теракты.

Пролетев насквозь Ингушетию и Чечню, мы незаметно оказались в Дагестане. Узнали это лишь по указателям на населённые пункты, названия которых со времён войны у многих на слуху: Хасавюрт, Кизляр, Ботлих. Но ни БТРов, ни военной техники, разумеется, нигде не встретили. В Махачкале мерцали огни столичной цивилизации: множество кафе и ресторанов, торговые центры и такие же, как в Москве, пробки на дорогах, разве что движение автомобилей более хаотичное: как бы по правилам, но с кавказской лихостью.

В нарядах женщин восточный мусульманский колорит в глаза особо не бросается: такая же модная одежда, только платья длиннее (хотя выглядят весьма изящно) и многие в платках или косынках, хотя и с непокрытой головой ходить не возбраняется — немало женщин встречалось без платков.

Чтобы увидеть Каспийское море и пройтись по центральной набережной, решили воспользоваться общественным транспортом. Заметив, что мы с маленькими детьми и не знаем, в какую сторону ехать, местная женщина-мусульманка, бросив дела, полчаса дожидалась маршрутки, чтобы посадить нас в нужную сторону, и ещё стала объяснять водителю, где нас лучше высадить. Пассажиры в маршрутке тоже удивили: кто-то место уступил, кто-то помог держать ребёнка. Это, конечно, мелочи, но из таких нюансов и складывается общее впечатление о людях и об их культуре.

Дагестан — самая многонациональная республика России. Здесь говорят как на своих родных языках, так и на русском. Нет такой национальности «дагестанец». Регион исторически включает в себя множество народов и этнических групп: аварцы, даргинцы, кумыки, лакцы, лезгины, таты, ногайцы, горские евреи… Перечислять можно очень долго. Иногда жители из разных селений (особенно в горах), чтобы понять друг друга, в разговоре переходят на русский язык, который в Дагестане давно уже стал интернациональным. В одном из районов Махачкалы есть даже памятник русской учительнице.

Поселив нас в здании Духовно-просветительского центра на территории Успенского кафедрального собора, епископ Махачкалинский и Грозненский приглашает на следующий день отправиться в город Кизляр.

— В Кизляре сегодня самая большая в республике русская община, — объясняет Владыка Варлаам, — и каждый год накануне Дня города мы проводим там большой крестный ход.

Чтобы успеть к началу, выезжаем в 6 утра. От Махачкалы до Кизляра 150 км, рассвет встречаем в дагестанской степи. Незнакомая легковушка, следующая по пятам за нами, начинает вызывать беспокойство. Предупредив по рации о подозрительном «хвосте» второй экипаж, стремительно набираем скорость и уходим в отрыв от преследователей.


Крестный ход в Кизляре — событие очень яркое и знаковое для всей республики. На него собирается несколько тысяч жителей: всё духовенство епархии во главе с архиереем, главы администраций, казачество, старики и семьи с детьми. Много молодёжи. Шествие растягивается на несколько километров. Впереди на грузовике, оглашая весь город праздничным звоном, движется импровизированная мобильная колокольня. По всему маршруту выставлено оцепление: сотни полицейских, спецназ. Параллельно с процессией перемещается кинолог с собакой, проверяя обочину и газоны на предмет СВУ. Столь повышенные меры безопасности здесь никого не смущают: бережёного и Бог бережёт. Из соседних домов и магазинов выходят мусульмане, с любопытством провожая православное шествие.


По окончании крестного хода нас окликает незнакомый священник — иерей Сергий Абасов из храма Архангела Михаила в Грозном.

— Вы меня не узнали? Это я на трассе за вами пристроился, — сообщает отец Сергий, — но вы потом так рванули, что я не смог за вами угнаться.

— Так это вы были? — смеёмся в ответ. — А мы-то думали, что нам на «хвост» какие-то бандиты сели. Вот мы и припустили.

По совету епископа Варлаама мы изъездили Дагестан в буквальном смысле вдоль и поперёк. В сопровождении иерея Григория Фомина, настоятеля воинского храма во имя благоверного князя Александра Невского, побывали в Буйнакске и на Чиркейской ГЭС в красивейшем Сулакском каньоне, где расположена одна из самых высоких в России плотин. Посетили мемориальный комплекс в Ахульго на месте знаменитой битвы имама Шамиля с войсками Царской армии, после которой Дагестан был присоединён к России.

Чтобы увидеть подлинный колорит республики, мы отправились в горные селения Кубачи и Ашты. Там ещё сохранился старый быт и множество древних построек. Сидящие на улицах бабушки в национальных даргинских одеждах напомнили известные фотографии Прокудина-Горского. За 100 лет в Аштах мало что изменилось, разве только вся молодёжь уехала в города; селение опустело, старики доживают свой век среди развалин.

Историческая жемчужина Дагестана — Дербент, узкие улочки которого во многом напоминают Старый город в Иерусалиме. На протяжении тысячелетий здесь пересекались не только торговые пути, но и мировые религии. Дербент и сегодня сохранил немало памятников ислама, христианства и иудаизма. На территории крепости Нарын-Кала есть загадочный подземный грот, зал с полукруглыми сводами. Долгое время считалось, что это остатки рукотворного водохранилища. Но не так давно учёные пришли к выводу, что подземное помещение крестово-купольной формы — не что иное, как церковь эпохи раннего христианства (возможно, V век), то есть в Дагестане находится самый древний храм на территории России!


Варлаам (Пономарёв), епископ Махачкалинский и Грозненский: «Я вырос на Кавказе, с 1999 года 12 лет прослужил в Ингушетии на месте захваченного в плен и погибшего протоиерея Петра Сухоносова. Несмотря на пережитые тяжёлые времена, я люблю Кавказ. Есть что-то особенное в менталитете, в общении людей. Это особое отношение к жизни, здесь сохраняют традиции, веру, почитание старших, институт семьи, мудрость. Кавказ умеет притягивать. Здесь исторически наметилось скопление многих народов, этносов. И национальный вопрос всегда воспринимался остро, поскольку каждая нация считает себя лучшей. Но в этом многообразии тоже богатство Кавказа. Сегодня многие зачастую разделяют Кавказ и Россию, как будто это разные страны, разные народы. Но вы же сами увидели, что здесь сохраняется Православие и русские — это часть самого Кавказа. И на данный момент отношения между православными, мусульманами и иудеями на Кавказе очень мирные, созидательные. Верующим бывает даже легче понять друг друга, потому что есть уважение к вере твоего соседа».



Кабардино-Балкария. Восхождение на Эльбрус

В начале октября, пока мы были ещё в Дагестане, нам позвонили знакомые из МЧС Кабардино-Балкарии. Несмотря на осень, по их словам, в Приэльбрусье на несколько дней установилась отличная погода, и нам представляется уникальная возможность попытаться в «несезон» совершить альпинистское восхождение на Эльбрус.

Подкорректировав маршрут автоэкспедиции, из Махачкалы мы тут же отправились в Кабардино-Балкарскую Республику. За месяц до этого на нашем маршруте случилось стихийное бедствие: в ущелье реки Баксан с гор сошёл разрушительный сель. Затоплены населённые пункты, снесены участки дороги, погибли люди. Из высокогорных посёлков многих эвакуировали вертолётами МЧС. К нашему приезду дорогу к Эльбрусу почти восстановили, хотя кругом всё ещё многое напоминало о недавнем разгуле стихии.

Погода в Приэльбрусье менялась стремительно: с утра густые туманы, днём ослепительное солнце, вечером — снегопад… Чтобы подняться на вершину самой высокой горы Европы, у нас оставалось всего 5 дней. Дальше, по прогнозам, погода резко ухудшится, Эльбрус накроют дожди и тучи, в горы придёт зима.

Тёплую одежду и альпинистское снаряжение берём в прокате. Не имея специальной горной подготовки, пришлось несколько дней спешно тренироваться и совершать подъёмы на соседние вершины. Это необходимое условие, для того чтобы организм акклиматизировался и смог приспособиться к нехватке кислорода на высоте.

На пятые сутки в полночь выходим на штурм. К вершине Эльбруса в этом восхождении нас будет сопровождать сотрудник Эльбрусского высокогорного поисково-спасательного отряда МЧС России Руслан Шамприани.

Двуглавая гора Эльбрус поражает своей красотой и размерами. Круглый год (даже в летнюю жару) две её вершины покрыты снегом и льдом. Западная вершина — самая высокая в Европе, 5642 метра. «Пятитысячник» — это уже серьёзно. Каждый год на Эльбрусе погибают люди. Главные угрозы — горная болезнь от нехватки кислорода, скользкий лёд на крутых склонах, внезапное ухудшение погоды и незаметные трещины в ледниках. Немало альпинистов, числящихся пропавшими без вести, до сих лежат где-то в ледяной пропасти. Многокилометровый ледник у южного склона Эльбруса в народе так и называют — «трупосборник»…

До высоты 3800 можно подняться по канатной дороге. Зимой на склоне Эльбруса действует горно-лыжный курорт. Дальше пешком или на ратраке (гусеничный вездеход), который за большие деньги забросит ещё повыше.

Возле «Приюта одиннадцати» (4200 м) слева показывается большая скала, превращённая в обелиск погибшим альпинистам. Множество табличек с фотографиями, именами и датами последнего в их жизни восхождения... В памяти возникли очень точные слова из песни:


Если в вечный снег навеки ты

Ляжешь — над тобою, как над близким,

Наклонятся горные хребты

Самым прочным в мире обелиском…


Дальнейший подъём к скалам Пастухова (4800 м) возможен только в металлических кошках. Здесь уже царство снега и вечного льда. Крутой бесконечный склон, с каждой сотней метров содержание кислорода в воздухе сокращается. Сердце бешено стучит и готово вырваться из груди; справиться с одышкой непросто, порой человек начинает задыхаться, словно рыба на песке. Никто не знает, как поведёт себя организм на высоте: горная болезнь может подкрасться незаметно. Сперва приступ сонливости, потом появляются резкие боли. Кто-то теряет сознание, у кого-то развиваются галлюцинации. Рассказывают даже о явлениях «чёрного альпиниста», который зовёт за собой, обещая показать дорогу, — в итоге некоторых ловили уже на краю пропасти…

Поднявшись от скал Пастухова к Косой полке, поворачиваем налево. По еле различимой тропе через несколько сотен метров добираемся до седловины Эльбруса. Это место, где на высоте 5300 м сходятся обе вершины — восточная и западная. Здесь мы и встретили восход солнца. Дивное зрелище! От восторга замирает сердце. Между двумя склонами под нами горизонт из горных пиков Главного Кавказского хребта. На рассвете необычайная тишина: «пустыня внемлет Богу» и вся природа затаилась в ожидании нового дня. Но покой в этом месте бывает очень обманчивым: в непогоду седловина Эльбруса превращается в аэродинамическую трубу. Именно здесь альпинисты принимают окончательное решение — двигаться дальше или повернуть назад.

Из седловины начинается самый крутой и трудный подъём на западную вершину. На наиболее опасных участках Шамприани страхует меня, пристегнув на карабины верёвку. Кислорода здесь уже совсем мало, и через каждые десять шагов приходится останавливаться, чтобы перевести дыхание…

С противоположной стороны седловины показались лысые хребты и степи Карачаево-Черкессии, а где-то далеко-далеко на севере — в туманной дымке — уже проглядываются горы Бештау и Машук.

Мы достигли вершины Эльбруса в 9 часов 15 минут утра, уставшие и счастливые. Не было слов, и только сердце выстукивало ритм пронзительной песни Высоцкого:


Весь мир на ладони — ты счастлив и нем

И только немного завидуешь тем,

Другим — у которых вершина ещё впереди.


На обратном пути в районе седловины мы увидели туриста, у которого случился приступ горной болезни. Обморок на высоте 5300. Хотя с пострадавшим был сопровождающий, в одиночку оказать экстренную помощь гид не мог: туриста нужно было срочно спускать вниз, где содержание кислорода стало бы достаточным для восстановления дыхания. Оказав первую помощь, Руслан Шамприани вместе с гидом-альпинистом начал под руки спускать пострадавшего с крутого многокилометрового склона. Мне оставалось только нести телескопические палки.

Эвакуация прошла успешно. В тот же вечер мы спустились в посёлок Эльбрус. Встречая нас, директор гостиницы, в которой остановилась наша автоэкспедиция, по местному обычаю поздравил нас «с горой». Будучи учёным-гляциологом, Ахмат Керимов, директор гостиницы, сам не раз сопровождал группы на Эльбрус, проводил исследования ледников и, как никто другой, знает об опасностях, которые таят в себе эти горы. 9 октября 2015 года во время очередного исследования ледника на высоте 4200 м Ахмат провалился в трещину. Он сорвался на глубину 40 метров и потерял сознание.

— Я остался жив только чудом, меня спас Всевышний! — признался нам Ахмат. — Падение в трещину на такую глубину — практически моментальная смерть. Я получил травмы, но выжил. Полдня и до поздней ночи меня искали спасатели и не могли найти. И вдруг там, глубоко подо льдом, у меня неожиданно заработал мобильный телефон. Меня нашли! В числе тех, кто меня вытаскивал, был и Руслан Шамприани, с которым вы сегодня поднялись на Эльбрус.

К вечеру погода резко испортилась. Внизу, в Баксанском ущелье, ещё пестрела красками золотая осень, в горах уже наступала зима. Впереди нас ожидала Северная Осетия, Чечня, Ингушетия и Грузия. Панихида на месте гибели воина Евгения Родионова под Бамутом, экстремальный переход в снежный буран по Военно-Грузинской дороге, древнейшие памятники, удивительные встречи и захватывающая природа Кавказа.

Автоэкспедиция «Кавказ неизвестный» проводится фондом «Православные инициативы» при государственной поддержке Фонда президентских грантов. Организационным партнёром проекта выступает Махачкалинская епархия Русской Православной Церкви.


(Продолжение следует)

Читайте также: